Почерк, портрет, характер. Скрытая психодиагностика в практическом изложении

Опис:

Книга «Почерк, портрет, характер. Скрытая психодиагностика в практическом изложении» — это пособие делового человека (бизнесмена, менеджера), обучающее искусству анализа и составления психологического портрета ключевой личности, будь то бизнес-партнер, конкурент либо кандидат на ответственную должность. Автор книги, уникальный специалист по почерковедению, физиогномике и психологии управления Владимир Тараненко, делится с читателем собственными, собранными за многолетнюю практику, сведениями, позволяющими сделать выводы только на основании почерка и внимательного изучения черт лица. Методики автора позволяют оценить степени надежности и искренности человека, его амбиции, комплексы и внутренние конфликты. Книга рассчитана на людей, понимающих, как велика может быть цена ошибки и стремящихся рациональными способами избежать ошибок, связанных с людским фактором.

Часть 1

ГРАФОЛОГИЧЕСКИЙ ПСИХОАНАЛИЗ… МИСТИФИКАЦИЯ? ИСКУССТВО? ОРУЖИЕ? или НА КОРОТКОМ РАССТОЯНИИ… (Небезынтересный монолог о применении графологии в бизнесе)

— Мадам, еще одно ваше письмо и я не выдержу!

— Мсье, наконец-то!!

— Мадам, вы не поняли. Я не выдержу и убегу!

К. Прутков-сценарист. Сцена № 5235 из телесериала «Роковая жертва переписки»

— Эй, погодите! У вас подпись Наполеона!

— Что вы ко мне пристали!? Я всю жизнь так подписываюсь!

К. Прутков-логистик. Случай № 117 из практического руководства «Родная наша таможня»

Вступление

Составление психологического портрета человека по тому, КАК он пишет буквы и строки любого вида письма, в том числе и собственной подписи, принято называть ГРАФОЛОГИЕЙ (просьба не путать с графоманией или дактилоскопией: первое созвучно, а второе аналогично, так сказать, по исходному материалу). Профессиональный графолог в принципе может выдать заключение по любому предоставленному объему рукописного материала; например, мне приходилось работать только по адресу на конверте или строке из записной книжки. Определенную информацию можно добыть даже из одного слова, правда, если в нем есть «информативные буквы». В принципе чем больше рукописного текста, тем лучше.

На «выходе» графолог предоставляет определенную психологическую информацию, чаще всего в текстовом виде (возможно наговаривание на аудиокассету или даже видеозапись диалога «заказчик — графолог»). Объем раскрываемой информации, ее качество, а это прежде всего степень прогностичности, максимальная понятность формулировок и отсутствие малозначимого словесного «мусора», — как раз и демонстрируют квалификацию специалиста-графолога. Однако, если заказчик заранее не определяет, ЧТО ОСОБЕННО его интересует в будущем психологическом анализе, то на выходе получается нечто смахивающее на описание психологического портрета человека, правда, с изрядным креном в раскрытие интимных или тщательно скрываемых личностных черт, невротических комплексов, индивидуальных своеобразий и т. п. Последний момент принципиален. Если вы имеете «обычное» психодиагностическое описание человека, которое можно получить, например, путем наблюдения, беседы, заполнения анкет и различных опросников, значит, у вас, может быть, и хороший материал, но никак не графологическое заключение. Графолог должен непременно сообщить (таковы достоинства метода!) вам о человеке что-нибудь из того, о чем вы лишь смутно догадываетесь, причем сделать это более системно и прогностично. Таким образом, вы не только поймете, ПОЧЕМУ ЧЕЛОВЕК ТАК СЕБЯ ВЕДЕТ, но и сможете ПРОГНОЗИРОВАТЬ его поведение в той или иной ситуации.

Графолог обязан также ответить на все УТОЧНЯЮЩИЕ и КОНКРЕТИЗИРУЮЩИЕ вопросы, но лучше, если заказчик подготовит перечень таких вопросов ЗАРАНЕЕ и предоставит графологу вместе с рукописным текстом. В то же время САМ графолог никаких наводящих вопросов относительно характера и психологических мотивов человека, почерк которого он берется анализировать, ЗАДАВАТЬ НЕ ДОЛЖЕН. По опыту знаю, что чужая интерпретация фактов будет только мешать «чистоте» работы; максимум, чем интересуюсь, — служебной или житейской биографией (когда получаю заказ от службы управления персоналом фирмы). Учтите также, что заказчик, который не знает, о чем спросить (или скрывает свои вопросы), заметно снижает мотивацию графолога к труду над предоставленным текстом.

Немного об истории графологии

Слово «графология» впервые появилось в 1871 г. в сочинениях французского аббата Ипполита Мишона. В 1879 г. аббат начал издавать журнал «Графология», а затем организовал и первое графологическое общество, которое в настоящее время носит его имя. Однако первый известный истории трактат по исследованию почерка принадлежит перу итальянца Камилло Бальдо, жившего в Болонье и издавшего в 1622 г. свой труд под названием «Trattato come da una lettera missiva si conoscano la natura e gualita dello scrittore» («О том, как по письму можно узнать характер и свойства пишущего»). Эпиграфом к своему сочинению Бальдо взял пословицу «по когтям узнают льва». К сожалению, книга Бальдо не получила широкого распространения. Объяснение тому простое: в те времена мало кто мог свободно писать. И только на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков графология становится модным явлением светских салонов: таинственность графологического заключения казалась сродни магизму, будоражившему в те времена многие умы.

Развитие психиатрии и психологии в преддверии психоанализа только подкинуло дровишек в костер графологии — она становится одним из методов в этих науках и в то же время продолжает развиваться самостоятельно. Книга известнейшего русского графолога Зуева-Инсарова «Почерк и личность», неоднократно переиздававшаяся в 20-е годы уже прошедшего столетия в России, — тому яркое подтверждение. Сам же графолог, увы, советской графологической школы так и не создал. После 1935-го он, что называется, канул в лету… Последнее упоминание о нем в книге А. Рыбакова «Дети Арбата»: нищий старик, зарабатывающий на жизнь своим искусством под стенами ресторана «Метрополь». В 1936-м в Советском Союзе начался тотальный разгром всех психодиагностических и педагогических инновационных лабораторий. Как итог — прочно укрепившееся со времен «лысенковщины» мнение, что графология — это «лженаучная теория о возможности на основе изучения почерка судить о психических особенностях человека и даже о его внешности» (Энциклопедический словарь, 1953 г.). Может быть, потому-то графология до сего дня так и не вышла из подполья, став ремеслом одиночек.

На Западе графологии повезло больше: она приносит и научную, и практическую пользу людям. Кроме Франции, графология получила развитие во многих странах и особенно в Германии, Голландии, Израиле и США. В Голландии имеются две профессорские кафедры (в университетах Лейдена и Утрехта) и два графологических общества (в Амстердаме и Гааге). В США создан Институт почерка (Нью-Йорк), а также Американское графологическое общество.

В свое время в газете «За рубежом» были напечатаны выдержки из графологического анализа почерка… Саддама Хусейна, проделанного графологами по заказу администрации Буша. Их ответ гласил: «Этого человека остановит только сила, поскольку любую попытку договориться он воспринимает как слабость». До начала военных действий оставалось более полугода. В Израиле графологический метод — один из обязательных методов тестирования при обучении и прохождении государственной службы. Впрочем, многие фирмы во всем мире пользуются услугами графологов так же часто, как и услугами консультантов по персоналу.

От автора: о личном опыте, ошибках и находках

В моей достаточно продолжительной практике на поприще графологии мне часто приходилось отвечать на те или иные вопросы ответственных лиц из сферы бизнеса и госуправления. Чаще всего это были: а) руководители фирм или управлений; б) начальники служб управления и подготовки персонала фирм или более крупных подразделений; б) руководители служб безопасности фирм. Вот некоторые из таких вопросов.

1. ГРАФОЛОГИЯ, ЭТО ЧТО — НА ПОЛНОМ СЕРЬЕЗЕ? КТО-ТО ЭТИМ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОЛЬЗУЕТСЯ В БИЗНЕСЕ?

Представьте себе — да. Свои слова как практикующий психодиагност могу подтвердить документально. Графология как разновидность психодиагностики обеспечивает актуальную потребность современного бизнесмена — свободно ориентироваться в людях и в человеческих взаимоотношениях. В бизнесе последние отнюдь не просты.

2. ПОЧЕМУ ВЫ ТАК УВЕРЕНЫ, ЧТО МОЖЕТЕ УЗНАТЬ О НАШЕМ ЧЕЛОВЕКЕ НЕЧТО ПОЛЕЗНОЕ ДЛЯ НАС?

Это очень легко проверить. По фрагменту текста, например малозначащей служебной записки, я делаю для вас примерный графологический анализ деловых и личных качеств вашего работника. Первый раз — бесплатно, но если вы заказываете второй анализ, вам придется оплатить и эту проверку.

3. ЧЕЛОВЕК МОЖЕТ ИЗМЕНИТЬ ПОЧЕРК. ВАС ЭТО НЕ СМУЩАЕТ?

Смущает, но не настолько, чтобы отказаться от проведения графологического анализа. Дело в том, что почерк очень индивидуален и графологические приемы позволяют увидеть нужные мне «черточки» и «закорючки», даже если человек в процессе письма их сознательно подретушировал. Метод защищен от подобных подводных камней.

4. А ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ПИШЕТ ПЕЧАТНЫМИ БУКВАМИ?

Это уже похуже, но не смертельно. Определенную информацию можно будет добыть и в этом случае. Кстати, людей, которые «по жизни» пишут печатными буквами даже письма любимому человеку, можно заподозрить в шизофренических наклонностях в сочетании с ненормальным педантизмом и коммуникативной закомплексованностью. Так что отучивайте ваших сотрудников от «печатности». Неравен час…

5. А ЧТО ОЗНАЧАЕТ, ЕСЛИ У РАБОТНИКА НА РАЗНЫХ ДОКУМЕНТАХ СОВЕРШЕННО РАЗНЫЙ ПОЧЕРК? ОН ЧТО, ДВУЛИЧЕН?

Иногда бывает и так. Но не обязательно. «Разность» почерка для графолога и неискушенного человека приобретает иногда совершенно различный смысл. Вы когда-нибудь пытались писать письмо, сидя на спине у бодро шагающего верблюда? Думаем, почерк слегка изменится. А если серьезно — то в зависимости от ситуации почерк претерпевает изменения. Зная, какая была ситуация, графолог может сделать ценнейшие заключения. В таком применении графологический метод сродни известному «детектору лжи». Что же касается двуличности, равно как и трусливой агрессивности, скупости, малодушия в экстремальных ситуациях, чрезмерной осторожности в деловых контактах, — то графология один из немногих психологических методов, который ОСОБО ориентирован на поиск именно таких качеств. В дознании «человеческих негативов» графологию традиционными психологическими способами не заменишь. (Может оттого и неприязнь к графологии психологов, знающих о ней только понаслышке?)

6. СКОЛЬКО ВРЕМЕНИ УХОДИТ НА ОДИН ГРАФОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ?

По-разному. Графология чем-то напоминает искусство, поскольку и в ней многое зависит от вдохновения. Иногда «видишь» человека сразу, а бывает, уходит много часов на то, чтобы добыть нужную информацию. Одним словом, занятия графологией — психически напряженный ручной труд, после которого выглядишь ничуть не лучше выжатого лимона. А чего стоит публичный сеанс на каком-нибудь семинаре?

7. КАК НАУЧИТЬСЯ ГРАФОЛОГИЧЕСКОМУ МАСТЕРСТВУ?

Точно так же, как научили в свое время, например, меня. С помощью сведущего учителя и что называется «из рук в руки». Многие, вероятно, смотрели очень известный фильм о Леоне-киллере. Есть там эпизод, когда главный герой обучает киллерству девочку и говорит приблизительно такие слова: «Все начинают с винтовки с оптическим прицелом. Затем приходит очередь пистолета. А потом высший уровень — работа на коротком расстоянии». Так вот, в деле психодиагностики графология — работа на коротком расстоянии. Можно, конечно, за день-два выучить значение тех или иных «закорючек». И по-крупному ошибиться в диагнозе, не учтя какой-то комбинации факторов. Всегда есть некая внутренняя логика развития человека, и ее надо через почерк каким-то образом почувствовать и осмыслить. Для этого следует знать определенные аспекты психологии, и чем больше таких знаний, тем лучше. К примеру, умения (то бишь знания, соединенные с практикой) распознавать акцентуированные черты личности по психиатрическим критериям, механизмы психологической защиты из психоанализа и гештальттеории — более чем желательны. Хотя повторяю: графология ближе к интуиции, нежели к логике, и если у вас есть способность к схватыванию сути вещей в их целостности (простите за философский слог), то дело пойдет куда быстрей, даже если вы не обзавелись дипломом по психологии. Пару деньков (ну может чуть больше) интенсива, и появятся первые результаты. Дальше — дело индивидуальной практики и периодических консультаций по «трудным случаям». Хотя, если быть откровенным, учеников у меня было немало, еще больше желающих заняться графологией, а вот дельных специалистов в итоге… Безработица по причине переизбытка трудовых ресурсов в этой сфере нам, видимо, не грозит.

8. НУ, И ОДИН ВОПРОС ОТ АВТОРА ИНТЕЛЛЕКТУАЛАМ ПО ПСИХОЛОГИЧЕСКИМ ИЗЫСКАМ:

К какой категории психодиагностических методов можно причислить графологию? Что это: опрос-анкетирование, «классический» психологический тест, проективная методика, инструмент особого вида психоанализа или детекция психофизиологических качеств человека?

Вопрос принципиально оставляю открытым.

За долгие годы практики разные бывали случаи. Уже будучи не новичком в графологическом деле, но еще при «Союзе нерушимых…», как-то удосужился проанализировать почерк господина Владимира Ульянова, благо томов полного собрания сочинений хватало, а там, как вы помните, отличные фотографии с почерком. Слегка преждевременно полюбопытствовал. Сейчас на практических семинарах демонстрирую некоторые «закорючки» Ильича как яркий пример так называемой реактивной психопатии. Когда вождя «доставали», силен был в бою товарищ. Сталин, говорят, Ленина за это очень даже побаивался и уважал.

Кстати, о книгах по самообучению. Есть неплохое репринтное издание Зуева-Инсарова «Почерк и личность» (Киев, 1992). Пришлось в одном профессиональном споре обсудить почерк Максима Горького, а затем сравнить полученное с текстом самого «метра». У Зуева-Инсарова — вполне респектабельная личность; у меня — гораздо ближе к подлецу, самовлюбленному эгоисту и просто сломленному человеку. Видимо, Зуеву-Инсарову не все дозволено было говорить, но по его книге многие учатся. Мораль приведенного случая такова: никогда не просите графолога рассказывать вам, что называется «в лицо», все, что он узнал по вашему почерку. Он все равно всю правду не скажет, особенно если от этого зависит его благосостояние, а то и жизнь. Под дулом пистолета правду не говорят.

В бизнесе наиболее частые заказы — анализ почерка работника, которого выдвигают на более ответственную должность. Это — самые распространенные заказы, поскольку требуют только честного и квалифицированного результата. Какая-либо наводящая информации, типа «подходит ли человек или есть определенные сомнения», при этом не сообщается. Я как графолог сам решаю, «темная» или «светлая» лошадка передо мной.

Впрочем, один раз был у меня такой «наводящий» заказ. Представьте себе глубоко верующего (имеется в виду христианина, т. е. почитателя того святого писания, где предписано всегда делиться с ближним) специалиста. Вопрос был поставлен конкретно: жаден в меру или жаден до безумия (легкость подкупа и «сдача своих» ради собственной выгоды)? От меня требовалась очень и очень тщательная проработка именно этого аспекта и максимально обоснованное резюме. Как вы думаете, какой ответ получился?

Приходилось также составлять «досье» на делового партнера. В одном, забравшем много сил и нервов, случае пришлось дать однозначно резко отрицательный ответ: агрессивность и излишняя подозрительность, внешне умело прикрытая лестью и компанейством; интриганство и шантаж; истеричность в случае поимки «на горячем» и в придачу ко всему властолюбие в нездоровой, прямо-таки в маниакальной форме, опять же — мстительность и злопамятность в самом мрачном виде. Даже я, ко многому привыкший, был удивлен, как такому руководителю удается находить заказы и держаться «на плаву». Вообще-то, это был памятный анализ, поскольку я получил немалое моральное удовлетворение, что смог буквально предотвратить беду.

Попадались и более легкие, в чем-то даже забавные заказы. Например, когда в течение 20 минут из 30–40 анкет предлагают отобрать по почерку достойную девушку на должность секретаря-референта. Лучшую из них не составляет труда отыскать, но посмотрели бы вы на предлагаемый контингент! Одним словом, бизнесмен оказался удручен.

А вот отбирать профессионалов, скажем, для аварийной команды — работа более приятная и значимая. Приходилось, и гораздо чаще, заниматься именно таким отбором.

Один ревнивец как-то притащил пачку писем своей возлюбленной. «Как вы думаете, она мне изменяет?» Ну что в таких случаях можно сказать человеку? Графология здесь бессильна…

В архиве воспоминаний — вполне серьезный анализ почерка маниакального незнакомца. Письмами он изводил молодую одинокую женщину. Нужно было не только понять, что он из себя в действительности представлял, но и выработать оптимальную тактику поведения по отношению к нему, как ему отвечать и как, вообще, действовать. Из этой же серии — разбор кое в чем нетривиальной ситуации «мать — сын — невестка». Но эти случаи — почти исключения в моей практике. Моя специализация — все-таки бизнес, управление и подготовка персонала, стратегия принятия решения и тому подобные деловые аспекты.

9. БЫЛИ ЛИ ПРОВАЛЫ В ВАШЕМ ДЕЛЕ?

Увы, графолог обречен с первого же раза поразить хоть чем-то клиента, иначе заказа ему не видать. Так что начинающим графологам не стоит сразу бросаться в пучину бизнеса — может необратимо пострадать профессиональное реноме. А из трудновыполнимых заказов? Когда-то мне предложили буквально изобразить почерк человека, который идеально подходил бы в качестве делового партнера моему клиенту. Задача не из легких. Я теперь стараюсь по возможности избегать заказов такого рода. Помнится еще один «прокол» — один уважаемый знакомый, что называется, подсунул почерк своего знакомого, который оказался неизлечимым алкоголиком, личностью почти распавшейся. Однако в анализе я не смог этого показать. Спасибо за науку, после легкого конфуза я стал как-то смелее высказывать предположения. Парадоксально, но тяжелее всего мне давались и даются анализы обычных «заурядов», т. е. унифицированных до полной взаимозаменяемости невзрачных сереньких личностей. Когда просто даешь оценку — еще терпимо, но когда от тебя требуют увидеть в таком почерке интересную и незаурядную личность… Начинаешь шарахаться от таких заказов. Может, потому я избегаю заниматься модными нынче сеансами психотерапии и индивидуального тренинга. Мне все же ближе развивающее обучение и практическое применение психодиагностических методов в жизни и бизнесе.

И напоследок, прошу всегда принимать в расчет будущих «графологических акций» следующее. Никогда не стоит использовать способности графолога для сведения с кем-то счетов, шантажа или провокаций. То, что меня и моих коллег еще не забросали камнями, подтверждает наше благоразумие и наличие определенной этики проведения дел. Желаем вам удачи и процветания!

БЕЗ ОБМАНА (Уроки практической графологии)

Глава 1. АРМИЯ ПРОРЫВА

Мы можем обмануть только самих себя. Не более.

К. Прутков-востоковед. Созерцание танца живота

Научиться искусству угадывать характер человека по почерку не сложно. Просто в обществе тотальной дрессуры и прогрессирующего вырождения правда о самом себе не только не нужна, но иногда и просто… вредна. Какая разница, кто рядом со мной плечо к плечу, если мы идем строем все равно непонятно куда и зачем. Впрочем, команда «Врассыпную!», кажется, уже прозвучала. От того, с кем рискуешь рискнуть, зависит порой слишком много. Потемки человеческой души рано или поздно высветит сама жизнь, но, право, не всегда стоит платить такой высокой ценой за откровение истины. Человек выдает себя сам, а точнее — человека выдает его же тело, ибо еще никому не удалось тотально подчинить свое телесное обиталище, а посему, увы (или к счастью?), все мы смертны, бренны и тленны. Графология занимается изучением микронюансов движения руки при письме, и та скрываемая информация, которая добывается графологическим методом, порой поражает. Воистину, люди слепы, ибо сами хотят таковыми быть… Предлагаемый вашему вниманию практический курс графологии апробирован многолетней практикой. И поверьте, автору этих строк еще ни разу не пришлось пожалеть о том, что в его арсенале имеется такое мощное оружие против скрытности человеческой натуры. Впрочем, я предлагаю в этом убедиться всем читателям, применив на практике все изложенные далее сведения.

Итак…

Для графологического анализа берутся все буквы, однако информационная нагруженность у разных букв совершенно разная. И начинать психологический анализ почерка советую с букв, которые имеют либо верхние, либо нижние отростки: «р», «д», «у», «б», «в», «ц». Дело в том, что любые выступающие детали из общего ряда букв в прямом смысле являются зонами экстремума и поэтому как нельзя лучше характеризуют поведение человека в особых или экстремальных случаях. При этом нужно проанализировать не только характер выступающих отростков, но и степень их прорисовки, а точнее, степень нажима руки на ручку в момент написания буквы. Конечно, существуют артефакты нажима, а именно: тип ручки (карандаша, фломастера и т. д.), тип бумаги и условия написания (при письме лист может лежать на мягкой подкладке, например картонной папке, или, наоборот, на жесткой поверхности полированного стола). Естественно, поначалу вы будете иногда ошибаться, принимая жирную надпись чернилами за твердый нажим руки пишущего, но с опытом ваш глаз сможет отличать псевдонажимы от действительно таковых. Вообще, анализ почерка чем-то очень напоминает грибную охоту: поначалу ничего не замечаешь, а только удивляешься, как ловко у других получается что-то там находить.

Как бы там ни было, но без оценки нажима вам не обойтись: воля и работоспособность определяются именно по тому, насколько тверда и уверенна рука пишущего. Малодушие, склонность к компромиссам, а то и безвольное разгильдяйство всегда выдает слабая прорисовка определенных букв. Каких именно, об этом и пойдет дальнейший разговор.

* * *

Графологический психоанализ лучше всего начинать с буквы «р». Рычащий звук «р-р-р» — это сигнал нападения и угрозы. По тому, как человек рисует в своем почерке букву «р» можно узнать о его агрессивно-бойцовских качествах. Прежде всего принципиальна длина отростка. Поскольку величина букв бывает различной (т. е. у кого-то крупный почерк, а у кого-то мелкий), то оценку длины отростков следует производить относительно таких «нейтральных» букв, как «о», «а» или «с». Если почерк крупный, длина отростка буквы «р» кажется весьма выраженной, но если пересчитать ее по относительной шкале, то нередко оказывается, что отросток не особенно и длинный. Вот характерные примеры:

Рис. 1.1 Рис. 1.2

Понятно, что в примере на рис. 1.1 нижний отросток буквы «р» гораздо более выражен, нежели в более крупном почерке, как на рис. 1.2.

Чем длиннее отросток буквы «р», тем выше агрессивно-бойцовский потенциал. Люди малодушные и трусоватые пытаются как бы «поджать хвост» у этой явно упрямой и драчливой буквы. Ну а демонстративные или истероидные личности, наоборот, рисуют у этой буквы сверхдлинные концы, эдакие палки, в которых, увы, уже нет достаточной силы и жесткости (рис. 1.3).

Рис. 1.3

Наиболее опасный вариант — это когда буква «р» изображается таким образом, как на рис. 1.4.

Рис. 1.4

Так обычно пишут люди явно выраженного психопатического склада характера. Либо фрондеры, для которых ввязаться в хорошую драку — почти пустяк. Рука в момент написания такой буквы «р» остановиться уже не может, это чисто импульсивное и очень резкое движение. Такой человек нанесет удар, не задумываясь о личной безопасности, и уж тем более не стоит его дразнить: мобильность перехода в агрессивное состояние крайне высока. Примеры? Владимир Ульянов и Александр Пушкин. Посмотрите, как они писали букву «р», и вы поймете, почему я советую быть поосторожнее с владельцами такого почерка.

Особо обратите внимание на степень нажима (рис. 1.5).

Рис. 1.5

Есть разница? Чем сильнее нажим, тем опаснее бойцовские качества.

Ну а если сам отросток буквы изогнут, как на рис. 1.6, тогда вы имеете дело с человеком, который, хотя и резок и импульсивен, но в глубине души боится наносить сильный удар.

Рис. 1.6

Изогнутость отростка — всегда намек на слабость. Втянутость или поджатость ударного отростка буквы «р» свидетельствует о наличии жесткого самоконтроля и подавления своих агрессивных потенций (рис. 1.7). Так случается, когда у человека уже были проблемы из-за его чрезмерной резкости и агрессивности.

Рис. 1.7

Теперь рассмотрим вариант буквы «р», представленный на рис 1.8.

Рис. 1.8

Как вы, вероятно, догадались, в данном случае принципиальна острота кончика, который внешне очень напоминает узкое и хорошо заточенное лезвие кинжала. Мы так его и классифицируем: «ударный кончик по типу обнаженного кинжального лезвия». Аналогия в данном случае весьма корректная: люди, которые пишут букву «р» именно так, по натуре бойцы и накопители агрессии, к тому же они весьма выносливы и нередко применяют силовой метод решения проблем. Чувства лидерства им также не занимать. Легко активируются отрицательными эмоциями. Злопамятны и обидчивы. Умеют концентрироваться и могут упрямо разить в одну точку. Заметным их минусом является пониженная мобильность и невозможность выйти из критического состояния, а плюсом — то, что они крайне редко бросают начатое дело. Боятся оказаться трусами, поэтому иногда ведут себя чрезмерно жестко и вызывающе. Воевать для них — почти то же, что и дышать. Понятно, чем сильнее нажим и длиннее «нож» у такой буквы «р», тем ярче проявляются описанные выше характеристики.

Однако, если нажим отсутствует, то, увы, всю силу заменяет банальная злость. Работоспособность и воля явно деградированы. По-видимому, кроме неприятностей от такого работника вам ждать нечего. Относительно отростков буквы «р» существует хорошее правило: чем слабее нажим, тем отрицательнее характеристика. Понятно, почему. Там, где проецируется поведение в экстремальных, иногда весьма опасных и агрессивных ситуациях, действовать нерешительно — значит, обречь не только себя, но и окружающих на неприятности. И не важно, почему, т. е. какие потом будут приведены оправдания.

Заметьте, еще один важный принципиальный нюанс: графолог не говорит, хороший человек или плохой, он просто описывает поведение исследуемого индивида в тех или иных обстоятельствах. Судить, как вы понимаете, может только Господь Бог и, возможно, суд присяжных.

Таким образом, по конфигурации (а именно — разящей остроте) отростков, как на рис. 1.9, мы можем сделать лаконичное заключение: такой тип людей представляет собой ударную пробивную силу и бегство для таких — только для того, чтобы сменить оружие и подкопить ресурсы. Кстати, процент людей с таким типом написания буквы «р» — отличный индикатор так называемой пассионарности нации, т. е. способности ее к отстаиванию своих жизненных интересов.

Рис. 1.9

Иную характеристику можно дать человеку, у которого буква «р» будет иметь вроде бы и «агрессивный» отросток по весьма распространенному варианту, как на рис. 1.10, т. е. классическую «школьную» палочку.

Рис. 1.10

Любители социального психоанализа, внимание: именно так писать эту букву нас дотошно приучало это общество и государство. Сейчас вы поймете, почему. Суть в том, что как такового агрессивного заряда в такой конфигурации буквы «р» немного: она может лишь больно «уколоть», но уж никак не «прошибить». Отражать подобную атаку не опасно: будет много шума и крика и сравнительно мало драки. Или иначе: явно выраженная истеричность и демонстративность при отсутствии «ударного потенциала» как такового. Обществу такие люди нравятся: если и герои, то только в толпе, которую обратить в бегство не представляет особого труда. Носители такой «р»-палочки отсутствие должной смелости и упорства пытаются компенсировать ехидством, язвительностью и вредностью. Чем длиннее палочка, тем сильнее оные качества проявляются, особенно в быту и там, где не опасно.

Рис. 1.11

Укороченная «р» (рис. 1.11) — абсолютно верный признак зажатости и подавленности индивида с раннего детства, эдакая «канарейка в клетке», но при этом со слегка испорченным характером. Кстати, возможен также намек на скупость. В целом палочкообразная «р» характерна для людей с обедненной и примитивной эмоционально-волевой сферой, побуждаемых к действиям и поступкам чисто утилитаристскими мотивами.

Рис. 1.12

Если же палочкообразный отросток «р» в самом конце изогнут, как на рис. 1.12, то перед вами «страдалец», который чрезмерно комплексует по поводу своей несостоятельности, прикрываясь весьма повышенным уровнем самооправдания и тратя при этом свой боевой задор на кукиш в кармане или изощренный сарказм где-нибудь в отхожем месте.

Рис. 1.13

Бывают случаи и похлеще: острие буквы «р» увенчано какой-нибудь петелькой, например, как на рис. 1.13.

Здесь вы сталкиваетесь с целым «букетом»: вредность, заносчивость, себялюбие и… кокетство. Да-да, именно кокетство. Согласитесь, встречаются же мужчины, которые вместо того, чтобы показать свои кулаки, перед дракой вдруг начинают… строить глазки. На генетическую бисексуальность тут нечего валить, такую жизнь они сами делают, и их главная роковая черта — чрезвычайное самолюбие при повышенном инстинкте самосохранения.

Забегая вперед, сразу скажем: любые рюшки, украшения, завитушки в почерке с психологической точки зрения — это всегда плохо.

Рис. 1.14

И еще по поводу изгибов любых отростков вправо или влево. Уклон влево (рис. 1.14) свидетельствует о наличии проблем в прошлом, человек тащит на себе груз прошлого, и оттого некоторые детали его почерка прогибаются влево.

Рис. 1.15

Изгиб (или прогиб) вправо (рис. 1.15) встречается реже, но и психодиагностика здесь похуже: индивид практически не верит в будущность своих свершений. Вывод — либо он постоянно делает не то, что хотел бы, и ненавидит то, что делает; либо он внутри себя серьезно психически «поломан» и для достижения своих целей готов попрать любые свои принципы.

Народная мудрость гласит: «Бойтесь людей с гибкой совестью!». «Графологически» мы бы ее переделали так: «Избегайте людей с изогнутыми отростками букв «р», «д», «у». Однако бывает так, что отросток упомянутых выше букв нормально продавлен, даже более того — он жесткий и четкий (рука, что называется, «отвечала» за свои действия). Но вот что сразу бросается в глаза графологу: продолжение буквы, ее отросток, прописан не под тем углом относительно общего наклона строки. Маленькая иллюстрация демонстрирует этот феномен (рис. 1.16).

Рис. 1.16

Во втором случае буква «р» прописана с нормальным наклоном, а в первом — с явно измененным. Характерно, что точка перегиба всегда — у основания отростка. Он жесткий и энергичный, но… идет не совсем туда, куда надо. То же происходит с этим индивидом и в жизни. Вследствие ряда неудач или проблем у него выработался своеобразный комплекс, назовем его «смещение цели». Не самый плохой вариант, скажем сразу. Если «лобовая» цель почему-либо недостижима, индивид готов идти на небольшой компромисс с самим собой и с той же энергией бросается на нечто похожее. Для работы качество почти идеальное, не правда ли? Вот только не стоит такого работника чрезмерно искушать — неравен час польстится. Или давать заведомо «не пробивные» задания: уйдет туда, где можно реально чего-то достигнуть. Или, упаси Боже, подвергать сомнениям деловые качества такого работника — обидится сходу и очень сильно. Впрочем, переубедить таких всегда есть шанс, да и на лидеров-«штурмовиков» они, к счастью, не претендуют. Ну, а в общем-то, синдром «смещения цели» — достаточно серьезная вещь и вам не стоит класть все яйца в одну корзину такого напарника. Подстрахуйтесь.

Несколько необычно выглядит отросток длинный, с уверенным нажатием, но с округлым кончиком, как на рис. 1.17.

Рис. 1.17

Такой тип написания буквы «р» характерен для людей с неагрессивным темпераментом, но при этом весьма чувственных и эмоциональных. Их еще называют акцентуированными эмотивными личностями, и совершенно справедливо, поскольку глубина развитости чувств и эмоционального темперамента дает на то полное право. Эмотивные люди нередко от чувств переходят к действиям, но никогда — вопреки своим чувствам. Зато, когда мысли, действия и чувства взаимоподкреплены — перед вами чистейшие гипертимы (врожденная склонность к преувеличенным реакциям), которые с жаром начнут продвигать ваше дело. Как определить, сколько энергии и чувств переходит в действие? Очень просто: по степени «раздутости — сжатости» отростка (рис. 1.18 и 1.19).

Рис. 1.18 Рис. 1.19

Согласитесь, несложно заметить разницу, в обоих случаях площадь нижних отростков различна. Поэтому очень полезно усвоить еще одно графологическое правило: чем шире в поперечине отросток букв «р», «д», «у», «з», тем более эмоциональный человек и тем больше энергии эмоций переходит в стадию неврастении, а не продуктивных действий. Короче: перечисленные выше буквы-«пузатики» — намек на неврастеническую личность. Конечно, нужно обязательно помнить об относительности величин букв.

К примеру, длинный отросток и слегка закругленный кончик буквы «р» с хорошей «продавкой» (рис. 1.20) — человек не прибегает к силовым методам, но упрям и привык руководствоваться определенными принципами и никогда не пойдет против своих чувств.

Рис. 1.20

Совсем иную характеристику можно дать человеку с таким вариантом написания буквы «р», как на рис. 1.21.

Рис. 1.21

Склонность к переживаниям, доходящая до невроза или истерии, и абсолютная неэффективность действий в экстремальных условиях. Внимание мощно сконцентрировано на собственных переживаниях. В целом, как вы понимаете, такие люди мало пригодны для серьезного дела: «тянут» на себя много внимания, а фронт с ними тем не менее не прорвешь. Впрочем, там, где нужно эмоциональное отношение, так сказать, «чувственно-экзальтированная аура», без них совершенно не обойтись. Каждому овощу — свой огород.

Стоит также отметить, что люди с длинным, но закругленным отростком «р» — достаточно совестливые и переживающие за то, что они делают. На них всегда можно положиться, если не заниматься принуждением и не требовать от них за гроши предавать своего ближнего.

Еще одно замечание о длине отростков. Чрезвычайно длинные отростки у букв «р», «д», «у», «з» (скажем, в 2,5–3 раза и более от их верхней части), увы, ударной силы не придают, как уже говорилось. Зато налицо демонстративность, истероидность, позерство и подмена энергии просто шумом. Бывает, например, что человек потихоньку спивается, но еще в силе поразмахивать руками и покричать. На большее, увы, его уже не хватает.

В то же время чрезмерная продавленность отростков — повышенный расход энергии. Это не лишнее в экстремальных ситуациях.

Бывает так, что нажим буквы «р» неоднороден и, дойдя до вершины с сильным нажимом, далее рука возвращается как бы «по воздуху» (рис. 1.22).

Рис. 1.22

Здесь налицо экономия усилий, то бишь весьма дозированная концентрация «ударной энергии». Но в то же время таким людям следовало бы почаще осматриваться и не расслабляться после прохождения трудного этапа. Чрезмерная самоуверенность и отсутствие методичности в усилиях — вот что их может погубить.

Обратите внимание также на особо компромиссный, а если не играть словами — то просто трусливый вариант «ударной» буквы «р» (рис. 1.23).

Рис. 1.23

Отросток не просто поджат, но и изогнут, т. е. двойная подстраховка: чтобы, не дай Бог, не пришлось рисковать. Что же, можно прожить жизнь и так.

Мы намеренно не рассматриваем довольно часто встречающийся верхний бунчук буквы «р», как на рис. 1.24.

Рис. 1.24

Этот вариант целесообразнее разобрать после того, как мы рассмотрим особенности верхних отростков таких букв, как «б», «в», «д», «т».

Глава 2. «ДОМ, КОТОРЫЙ ПОСТРОИЛ…»

Напиши слово «дом» и я скажу, что ты можешь построить.

К.Прутков-аналитик. Каверзные вопросы

Написание буквы «д» — это подсознательная проекция отношения к делу. Слова «дом», «дерево», «дело», «движение», «действие», «дать», «деньги» и т. д. — ключевые понятия в нашей жизни. Иными словами, наш базис, наша деловая сущность — это написание буквы «д». Буква «д» менее мобильна, но зато более основательна. Через букву «д» как нельзя лучше проявляется деятельностный аспект человека. Еще можно сказать, что буква «д» — это тот след, который мы оставляем после себя, это то дело, к которому мы призваны. В начертании буквы «д» нет основания для резких рывков руки пишущего. Но тем не менее каждый пишет эту букву по-своему, так, как привык делать дело.

Начнем, пожалуй, с самой неприятной версии. Итак, буква «д» с длинным, продавленным и треугольным отростком (рис. 2.1).

Рис. 2.1

Быстро, кстати, такую букву «д» не напишешь, поэтому о мобильности в деле не может быть и речи. Основательность — да, но опять же с явным «тяжеловесным» уклоном. Для наглядности представьте быка на «тормозе», когда он топчется на месте перед атакой. Иными словами, налицо установочность как необходимое условие действий и дела. Плюс готовность держать круговое нападение и круговую оборону в зависимости от того, как все сложится. А потому возможен взгляд исподлобья: все ли предусмотрено и нет ли рядом врагов?

Вот здесь мы и подошли к самому неприятному, а именно: владельцам почерка с такой буквой «д» присуща сильно развитая обидчивость и паранойя (подозрительность), причем проявляются эти качества именно в тот момент, когда нужно спокойно действовать, а не искать обидчиков. В случае неудачи такой вот индивид выльет ушаты грязи и обвинений на окружающих, притом в предельно агрессивной форме. В случае успеха — навсегда обидится, если мало похвалили и не достаточно почестей воздали. Когда-нибудь обязательно это припомнит. Вообще, излишним человеколюбием владелец такой «треугольной» буквы «д» не страдает и, что примечательно, не любит даже самого себя. Последнее может успешно вытесняться, проецироваться вовне и не осознаваться.

Все дело в «треугольности» отростка, два острия — это уже нонсенс, при этом рука тратит слишком много энергии, чтобы изобразить еще один угол, который к тому же направлен влево, в прошлое, на себя или на тех, кто, к примеру, отдал приказ. Энергия второго острия (рис 2.1а) абсолютно деструктивна и вряд ли когда-нибудь окажется полезной в деле.

Рис. 2.1а

Как правило, такие люди всем недовольны, а все потому, что им так и не удалось в жизни добиться самоуважения своими делами. Бывает, но, как говорится, при чем тут мы?

Вот еще вариации этой версии (рис. 2.2).

Рис. 2.2

«Треугольная» и поджатая буква «д». Синдром поджатости объясняется так же, как и в случае буквы «р» (см. рис. 1.11 и 1.23), т. е. осторожность, переходящая в малодушие или трусость. Но, что примечательно, в агрессивно-обидчивой форме, чтобы никто и не заподозрил неладное, ведь амбициозность при этом отнюдь не уменьшается (рис. 2.2а).

амбициозность Рис. 2.2а

Существует такое правило: чем шире «треугольник» кончика буквы «д», тем сильнее будут «обидки» и тем меньше дела, особенно в опасных ситуациях. Еще один фактор, резко ухудшающий подобный диагноз: нажим отростка. Впрочем, об этом уже шла речь, когда мы рассматривали букву «р». Чем слабее нажим, тем меньше на такого человека можно рассчитывать. Плохо, если боковое острие продавлено сильнее, нежели основное нижнее. Энергия растрачивается на обвинения, но уж никак не на дело.

Особенно следует отметить вариант, представленный на рис. 2.3.

Рис. 2.3

Очень жесткий и острый отросток у буквы «д», не правда ли? Хозяин такой буквы «д» никому полностью не доверяет, готов скорее к бою, нежели к домостроительству. Таких больше уважают, нежели любят, за что часто им приходится расплачиваться одиночеством. Кстати, такая буква «д» — ближайший родственник «кинжальной» конфигурации буквы «р» (см. рис. 1.8).

Еще заметнее перечисленные качества у человека с более коротким вариантом буквы «д» с плотно насаженной верхушкой буквы на предельно выверенное треугольное «лезвие» (рис. 2.4).

Рис. 2.4

Сравните с рис. 2.4а.

Рис. 2.4а

Заметим, у отростка нет «шейки» и длина его очень точно сбалансирована. В данном случае мы имеем дело с очень жестким человеком, который умеет не только точно дозировать удары, но при этом не забывает и о подстраховке. Мобилизационная готовность — выше всяческих похвал, а сами действия — напрочь лишены сантиментов. Знает свою цель и догадывается о ее цене, а потому готов всегда за нее платить. Как вы уже поняли по букве «р», чем уже «лезвие» отростка, тем меньше эмоций расходуется на побочные переживания, здесь все работает на концентрацию и постоянство усилий. Представьте мерно врубывающуюся в толпу варваров когорту центурионов. Они просто делали свое дело, как кто-то строил дома. С одним уточнением: они чаще нападали, нежели оборонялись, и горе помешавшему им на их пути!

Конечно, можно достигать своего, минимально продуцируя направленную вовне и на себя самого агрессию. Тогда отросток буквы «д» видоизменяется и становится мягче, как на рис 2.5.

Рис. 2.5

Сглаживается второе острие, «треугольник» превращается в «скальпель». Хирург делает очень больно, но иногда спасает. Плакаться в жилетку во время операции ему тоже вроде бы не положено, да и не с руки. Люди-«хирурги» встречаются не только в медицине. Можно доверять такому человеку: лишний кусок одеяла тянуть на себя он не станет, но и своего тоже не отдаст. Просто не стоит излишне его прогибать, можно когда-нибудь за сие поплатиться. В оценке происходящего владельцы такой скальпелеобразной буквы «д» — отличные критики, поскольку не трусят и не слишком амбициозны. Чем мягче «овал» отростка, тем душевнее ваш «хирург». Только не путайте, пожалуйста, мягкость и душевность с уступчивостью, малодушием и конформностью.

Люди, которые не провоцируются на агрессию, но тем не менее могут настоять на своем, обладают примерно таким отростком буквы «д», как на рис. 2.6.

Рис. 2.6

Мягкая полуокружность вершины отростка свидетельствует о твердом желании не наломать дров в моменты пиковых ситуаций. Расхожее правило: «цель оправдывает средства» здесь, увы, неприемлемо. В наше время исключительно товарно-денежных отношений как-то не принято говорить о главенствующей роли ментальности человека, но здесь как раз тот случай, когда с чувствами и принципами, по-видимому, придется считаться.

Когда индивид осознает, что ареал его личной самореализации сужается, отросток буквы «д» неминуемо укорачивается, как бы подтягивается к строчке. В общем, по длине отростка буквы «д» можно судить о субъективном представлении индивида о степени «широты» зоны его индивидуального влияния на внешнюю среду. Или еще точнее: постоянной величине «жизненного пространства». Буква «р» — это сила атаки, а буква «д» по величине своего отростка — степень самореализации, так сказать, закрепленной экспансии личности в мир сей. Поджатый отросток «д» — однозначно невозможность себя отстоять (даже невзирая на атаки) и минимизация индивидуального ареала. В подобном случае в почерке вы увидите следующее (рис. 2.7):

Рис. 2.7

Характер отростка (его конфигурация) покажет степень обидчивости и самооправдания, но в целом здесь важен явно укороченный отросток. И не важно, что о себе думает индивид и каким образом он оправдывается; важно, что он кому-либо или чему-либо подотчетен, т. е. не обладает «нормальным» правом голоса. Согласитесь, такое бывает сплошь и рядом: на работе вроде бы и начальник, а по жизни — подчиненный обстоятельствам человек. Если с такого снять «служебные погоны», то голый король из него все равно не выйдет. Не тот калибр. Впрочем, есть и положительное «но»: если укороченная «д» прописана четко и с выраженным нажимом, то такой индивид хотя бы готов носить кулак в кармане и защищать свой маленький огород у крыльца. По принципу: «Вот этого уж, пожалуйста, не троньте!»

Иногда встречается такое написание буквы «д», при котором отростка нет вовсе, т. е. почти что нет (рис. 2.8).

Рис. 2.8

Верхушка буквы, ее «овал» вполне приличных размеров, а вот отросток почему-то усох, съежился и готов исчезнуть. В этом случае об отстаивании своего дела или своего ареала речь уже не идет. Так, по-видимому, спокойнее, когда еще есть желание, но нет принципов. Безвольная жена или безропотный муж в тупой покорности к своей дальнейшей судьбе. Бывает, человека один раз, но сильно напугали. Или с раннего детства непрерывно «строили», по ходу «обламывая». И уж очень редко бывает, когда человек сам себя глубоко загоняет в пассивную подчиненность, например из-за большой привязанности или непереносимого отвращения к любым формам сопротивления. Казалось бы, удобно иметь под рукой покладистого и послушного, но не переусердствуйте при отборе персонала, изучите почерк. Люди с редуцированной «д» в лихую годину не станут надежным подспорьем. И упаси Бог от подобной «дрессуры» собственного ребенка. Полюбопытствуйте по строчкам в его дневнике или школьной тетрадке результатами вашего воспитания.

Рис. 2.9

Вариант написания буквы «д» подобный тому, который представлен на рис. 2.9, реже встречается у подрастающего поколения, но гораздо чаще у взрослых «детишек», весьма капризных, с разного рода нервными расстройствами из-за того, что не все у них идет так, как того хотелось бы. Они что-то там делают, отстаивают, но все это — не по призванию, в результате — «обидки», обвинения. Жертвы собственной компромиссности, не способные простить другим свою слабость. Объяснение неудач и несостоятельности исключительно рационально: «потому-то и потому-то…» В случае скандала с такими людьми лучше всего предоставить им возможность сделать первый шаг, выговориться, а затем можно ответить на нападение даже вполсилы, будет достаточно. Им ведь нужна видимость драки, но не поле боя, усеянное трупами. Хотя вреда такие на отходе, в спину, могут причинить немало.

Встречается и более откровенный вариант демонстрации собственных потенций, которые пожизненно так и остаются потенциальными. Обладатели ниже следующих отростков (рис. 2.10а-г) о деле-то никогда особо и не задумывались.

Рис. 2.10а Рис. 2.10б Рис. 2.10в Рис. 2.10 г

Как видно невооруженным глазом, вершины у таких отростков, прямо скажем, никудышные. Ежели «рюшки», «петельки», «крючки» прорисованы вправо (рис. 2.10б, в) — то имеем дело с неуверенностью, повышенным самокопанием наряду с демонстративностью: «Вы от меня многого хотите!» Если верхушечные элементы повернуты влево (рис. 2.10а), то налицо неуверенность в становлении дела, в будущих шагах по его реализации и, как следствие, — заготовка эскиза грядущего самооправдания. Вариант рис. 2.10 г — мало усердия и энергии, но много злости и обвинений. «Спиногрыз», короче, который никогда не был настоящим работягой. В целом, «палочковидный» отросток буквы «д» выдает любителя упрощенно-директивных подходов к любому делу. Здесь важно, чтобы подручные оказались сметливыми или оно (т. е. дело) само как-то обустроилось.

Рис. 2.11

Ну а носители такого варианта отростка буквы «д», как на рис. 2.11, просто достойны восхищения. Это ж надо так себя поставить, чтобы тобой восхищались только за то, что ты есть! Правда, подача этого «я есть» происходит чаще всего в сверкающей и нередко эстетизированной обертке. Короче: артистизм, себялюбие, эстетика пространства и переживаний, а что до дела, то какое иное может быть дело? Во всяком случае строить «корчагинскую узкоколейку» с такими личностями вам не придется. Как, впрочем, и участвовать совместно с ними в делах, которые требуют прежде всего напряжения сил при отсутствии благодарностей и похвал. Чем затейливее «финтифлюшки» у буквы «д», тем больше своеобразия проявит человек на пути к тому, чтобы ничего не делать и при этом что-нибудь да значить (рис. 2.12). Иногда получается.

Рис. 2.12

Есть еще достаточно распространенный вариант написания буквы «д», когда отросток не внизу, а вверху, примерно так, как на рис. 2.13.

Рис. 2.13

Иногда так пишут те, для кого вторым обиходным языком стал английский, в котором буква «д» пишется отростком вверх. Однако причина предпочтения подобного написания все же несколько глубже. Здесь налицо классическая инверсия, когда вместо «быть» человек предпочитает «казаться». Иными словами, процесс реализации собственного пути заменяется карьеризмом и удовлетворением честолюбия. Что особо примечательно, сие происходит, так сказать, мирным путем с высокой долей компромизма. Представим эдакого сноба, избегающего острых углов, но крайне обидчивого и болезненно реагирующего на снижение своего реноме. Проще говоря, с таким человеком придется постоянно угадывать, достойно ли ему воздается за его труды. В противном случае приготовьтесь к затаенной обиде и неизбежному уходу работника. Впрочем, оно, может, и к лучшему. И еще один аспект: в изначально жестких условиях такой индивид становится весьма послушным и работящим, ведь конформность — вторая черта его натуры после амбициозности.

* * *

Буквы «у» и «з» анализируются абсолютно аналогично букве «д», поэтому нет надобности перебирать те же варианты. Графология — это скорее блочное сооружение, но уж никак не дактилоскопия алфавита. Буквы «д», «у» и «з» — функционально единый блок по диагностированию. Но некоторые отличия букв «у» и «з» все же стоит учитывать.

Буква «у» отражает прежде всего эмоциональные и зачастую неосознаваемые процессы внутри нашего «я», которые имеют ментальную или экзистенциональную окраску. Тем, кто увлекается астрологией, уместно будет вспомнить, что именно курирует в наших судьбах Луна. Буква «у» — «Ид-овская» и «архетипная» в концепции классического психоанализа и «экзистенционально-эмоциональная» в неопсихоаналитическом подходе (Франкл, Фромм). Заумно? Тогда попроще: страх, тоска, уныние, чувства одиночества и сопричастности, переживания по поводу смысла собственной жизни — вот приблизительный перечень проекций через букву «у». Хотите знать действительный уровень сентиментальности вашего окружения? Проанализируйте все виды отростков буквы «у», пользуясь «трафаретами» отростков буквы «д». Пожалуйста, пример (рис. 2.14а, б).

Рис. 2.14а

Вариант рис. 2.14а: человек глубоко переживающий, чувственный, с хорошо развитым эмоциональным подсознанием, чувства мотивируют поступки и служат неотъемлемой смысловой частью жизни индивида. В чувствах, по крайней мере, не идет на компромисс, предпочитает переживать «в полную силу».

Рис. 2.14б

Вариант рис. 2.14б: чувства задавлены и подвергаются внутренней цензуре, отчасти вытесняются, отчасти подавляются. В чувственных сферах индивид готов идти на компромисс (вопреки своим переживаниям). Из-за этого склонен к неврозам и истериям, возможна определенная неадекватность эмоциональных реакций в провоцирующе-нагнетающих ситуациях (например, «плаксив» по пустякам, вследствие накопленных ранее обид по более серьезным причинам).

Стоит также принять в расчет при анализе, что буква «у» в определенной степени выдает также интуицию человека, а именно его способность чувствами охватить суть происходящего в настоящем и в вероятном будущем. Интуитивность тем выше, чем длиннее и тверже продавлен отросток (по типу 2.14б). Про таких людей говорят: «Он сердцем чует…»

В написании буквы «з» (в отличие от буквы «у») проецируются не глубинные, а более ситуационные эмоции, что называется, на злобу дня. Бурная радость, вплоть до экзальтированности, или же язвительность, капризность — все, что человек выплескивает эмоционально наружу, все это проецируется посредством буквы «з». Конечно, если в строчке мало или совсем мало букв «з», то эмоции находят выход и через другие отростки. Однако собственную специализацию этой буквы стоит все же учитывать. Да, если вам нужно оценить эмоциональную непосредственность (раскрепощенность), а также коммуникативность человека — обязательно исследуйте отростки буквы «з». Если они «недоразвиты» (простите за термин) или слишком угловаты, резки — то от PR-овских акций такого работника держите подальше. Если отросток буквы «з» не в меру пузатенький, как на рис. 2.15, то вас просто замучают изливаниями души в рабочее и нерабочее время. Неврастеники, они ведь только о своем…

Рис. 2.15

В заключение можно сказать, что стилистика начертания отростков букв «д», «у», «з» чаще всего совпадает, но если вдруг обнаружатся кардинальные различия, тогда применяйте указанные аспекты специализации. Человек бывает многолик, и тут уж ничего не поделаешь. Поэтому советуем: учитывайте абсолютно все варианты начертания отростков букв «р», «д», «у», «з»; обязательно также анализируйте слова, в которых они встречаются. Как вы понимаете, семантика слов и предложений для пишущего, безусловно, «что-то» определенно значит. (Сравните, например, написание фраз «пошел прочь!» и «добрый день!»)

Отдельный разговор о нижних отростках таких букв как «щ» и «ц». Согласитесь, иногда встречается и такой почерк, когда отростки букв «у» и «ц» практически одинаковы, так что лишь по смыслу слова догадываешься, «кто у них что». Скажем сразу: для графолога сие различие весьма и весьма принципиально. Получается, что пишущий подсознательно ужимает, укорачивает «экстремальный» отросток буквы «у» и в то же время непропорционально увеличивает мини-отросток буквы «ц». Но! Нижние мини-отростки букв «ц» и «щ» ни в коем случае не являются проекцией каких-либо экстремальных или эмоционально-значимых процессов! Это в графологическом понимании сугубо «бытовые» буквы, отражающие повседневность, а точнее, «нормальность» обыденной жизнедеятельности человека. Иными словами, то, насколько он эту обыденную жизнедеятельность драматизирует или гипертрофирует эмоционально (и деятельностно-поведенчески тоже).

Никто не станет оспаривать, что сплошь да рядом встречаются индивиды, для которых «что ни день, то бой». Конечно же, в их микропонимании. А если дело доходит до серьезного испытания, такой боец может оказаться тише воды и ниже травы. Если буквы «у» и «д» имеют уменьшенный отросток, а буква «ц» — гиперувеличенный до их соразмерности, то такой тип людей можно назвать «героями кухонного стола». Обычно это домашние тираны, а на работе — законченные снобы, отличающиеся выраженной пугливостью перед начальством и «командностью» по отношению к подчиненным. Гиперувеличение мини-отростков «ц» и «щ» — заполнение властностью тех сфер жизни, где, по большому счету, она особенно и не нужна. В результате возникает лишь изводящая окружающих нервозность. Когда происходит сплошная драматизация всего и всех, скорее всего, мы сталкиваемся с личностной несостоятельностью «драматурга». Не повезло с морем, так пусть хоть буря в стакане. Как ни странно, но часто такие люди успешно поднимаются по служебной лестнице, обрастая по ходу непробиваемой стеной бюрократизма и «нажуханных» помощников. В одиночку да в дикое поле они не выходят.

Вот вам симптоматический пример, чтобы легче было «раскусывать» таких псевдобойцов (рис. 2.16):

Рис. 2.16

В этом примере буква «ц» выглядит точь-в-точь как «д» по описанному ранее типу (рис. 2.1.). Обратите внимание, что рядом стоящая с «ц» буква «д» явно «поджатая» (см. рис. 2.2.).

Тот же вариант, но сравниваются буквы «у» и «ц» (рис. 2.17):

Рис 2.17

Ну а если мини-отростки явно бросаются в глаза, но при этом буквы «д», «у», «р» также развиты и прописаны с хорошим нажимом? Тогда перед вами либо а) почерк гипертима; либо б) почерк «солдата», который даже в мирное время уже не может расслабиться. В общем, преувеличенные отростки букв «ц» и «щ» — это всегда чрезмерная потеря энергии и ненужная напряженность. Особенно, когда отростки выраженной треугольной формы, как на рис. 2.18.

Рис. 2.18

Если же отростки букв «ц» и «щ» гипертрофированы и округлы (рис. 2.19), то перед вами «законченный» неврастеник, для которого даже микростресс — уже проблема.

Рис. 2.19

Или же это истероид-«артист», умеющий муху превратить в слона. В таком случае преувеличенные округлые отростки букв «ц» и «щ» сочетаются с пропорционально развитыми отростками букв «д», «у», «з». Примерно так, как на рис. 2.20.

Рис. 2.20

Это почерк «классической» демонстративной личности (истероида, гипертима).

Диаметрально противоположная ситуация, когда отростки у букв «ц» и «щ» уже не мини, а что ни на есть — микро, т. е. они почти незаметны (рис. 2.21).

Рис. 2.21

В данном случае вы сталкиваетесь с синдромом или комплексом тотального самоконтроля. Бывает, что человек вообще не может себе позволить расслабиться или дать волю. Так его воспитали или так сложились обстоятельства. Бедняга запуганный, что называется, до предела. Так, что и вполне безобидные отростки рука не решается прописать. Если вам нужны безропотные и безынициативные подчиненные — выбирайте их по отсутствию выраженных отростков букв «ц» и «щ». Чтобы домашний кот был совсем ручным, его иногда кастрируют. Простите, сорвалось не к месту…

Глава 3. «КУДА ТЫ ЛЕТИШЬ, КРЫША МОЯ?»

Не споткнись!

К. Прутков — любителям ковровых дорожек

Если нижние отростки букв — «корни» почерка, то верхние — его «крона». Мечты, фантазии, стратегическое планирование, честолюбивые перспективы, амбициозность, увлекающие мании — вот полный перечень того, что заставляет нашу руку тянуть бесконечно вверх отростки и отросточки букв «в», «б», «г», «п». Впрочем, для профессионального графолога ставить в один недифференцированный ряд эти буквы — нонсенс, если не абсурд. Поэтому начнем анализировать снова строго поэлементно, пристально вглядываясь в индивидуальный «портрет» каждого отростка этих ни в чем не дублирующих друг друга букв.

Букву «в» можно по праву считать инверсией наверх буквы «д». Они действительно зеркально похожи. Буква «в» — это буквально внедрение, вхожесть, вовлечение. Заметьте, «мы» — «во что-то», то есть, классическое «субъект-объектное» противопоставление с явным устремлением экспансии первого. Если попроще, то — стратегическое планирование, честолюбие, самореализация, целеустремленность, карьеризм, в конце концов. Сюда же можно отнести и прагматизм. Помните «лучше синица в руке, нежели журавль в небе». У тех, кто погонится за журавлем, верхний отросток буквы «в» будет явно удлиненным, ну а у «синичников», наоборот, отросток прижмется к строке, ну точь-в-точь как подкрадывающийся к пернатой добыче на кусте дворовой кот-охотник. Графологический «портрет» по букве «в» реалиста-прагматика будет выглядеть, примерно как на рис. 3.1.

Рис. 3.1

Ну а стратегическое, эдакое «штабное» отношение к планированию своей индивидуальной судьбы выразится в написании буквы «в», как на рис. 3.2.

Рис. 3.2

Как всегда (и непременно!) обращайте внимание на нажим отростка. Грандиозные планы и беспредельно честолюбивые помыслы могут вынашиваться на «обломовском» диване и дальше головы лежащего мечтателя дело так и не двинется. «Обломовщину» можно легко выявить по отдаленности петли отростка от «базиса» буквы. Сравните рис. 3.3 и рис. 3.4.

Рис. 3.3

На рис. 3.3 изображена буква «в» типичного мечтателя о том, «как хорошо бы:».

Рис. 3.4

На рис. 3.4 — все те же бурные мечты и планы, но с уклоном к реализации, особенно если наблюдается неплохой нажим отростка. Заметьте, что чем шире петля отростка, тем больше времени и энергии индивид тратит на перспективное планирование, мечты и различного рода «представления» (рис. 3.5).

Рис. 3.5

У людей строго целевой направленности буква «в» уходит вверх, как отточенное острие, как бы вспарывая собой надстрочный небосвод (рис. 3.6).

Рис. 3.6

Поверьте, человек с такими амбициями не остановится на полпути, споткнувшись вдруг о камушек.

Принципиально, как и для буквы «д», обратить внимание на остроту отростка. «Все предвидеть, все предусмотреть и когда наступит решающий момент — не останавливаться ни перед чем!» Хотите иметь в своей команде таких людей? Тогда ищите их по хорошо продавленному и заостренному кончику буквы «в», вот такого типа, к примеру, как на рис. 3.7.

Рис. 3.7

Но учтите, индивиды с «кинжальной» буквой «в» ох как не любят щелканье кнута за своей спиной! И совсем не случайно вы можете поменяться креслами, поскольку границы честолюбия еще никем не измерены. В окружении смягченных букв «в» (имеются в виду, конечно же, пишущие их) жить будет спокойнее (рис. 3.8), на «штыках» ведь долго не усидишь. Одним словом, разберитесь, кто вам нужен и куда.

Рис. 3.8

Весьма и весьма немаловажным является и наклон отростка буквы «в». В норме он, как и весь почерк, слегка наклонен вправо (для правшей), как на рис. 3.9.

Рис. 3.9

Тому есть веское объяснение: через написание буквы «в» проецируется то, что будет, или будущая реализация чего-то, исходящего от субъекта. Сия проекция, как видите, немаловажна: кто из нас не озабочен своей будущей судьбой. Наклоненность буквы «в» — это поза боксера, перенесшего тяжесть тела на выставленную опорную ногу. Удара еще нет, но мобилизация для его нанесения уже началась.

Однако встречаются случаи, когда буква «в» прописана почти вертикально (рис 3.10).

Рис. 3.10

Обратный случай, когда отросток «в» практически ложится на строчку, словно ствол подрубленного дерева (рис. 3.11).

Рис. 3.11

Кстати, оба случая написания буквы «в» встречаются достаточно часто, и вы сейчас поймете, почему рука пишущего вдруг как бы сходит с траектории. Проиллюстрировать это объяснение поможет несложная диаграмма (рис. 3.12).

Рис. 3.12

Как видим, строго вертикально вверх направление отростка буквы «в» проецирует такие качества индивида, как стремление к беспределу самозначимости, т. е. максимально гипертрофированному честолюбию. В психологии подобную ориентировку индивида в последнее время принято называть мегаломанией — мания величия, при которой человек пытается приравнять себя к Богу. Поскольку технократические империи серьезно подорвали веру в последнего. Впрочем, божественноподобным императорам триумфальные колонны ставились издревле. Ну а если ближе к повседневности? Тогда можно сказать, что мы наблюдаем крайнюю самоуверенность, ярко выраженное самомнение и, по-видимому, наличие желания внутреннего самосовершенствования. Последнее, просьба, не путать с альтруизмом: исходя из опыта скажу, что среди таких индивидуумов (с вертикальной «в») те, кто готов отдать последнюю рубашку ближнему, не встречаются. А вот поманить харизмой и повести за собой — пожалуйста. Отсюда вывод: не позволяйте им вторгнуться в ваше сокровенное, а пытайтесь всегда играть на их амбициях. Попадете «в яблочко».

Впрочем, справедливости ради отметим, что вертикальный отросток буквы «в» иногда выдает действительно незаурядных личностей. После них иногда остаются проломы в стене, и нам, грешным, приходится затем растаскивать кирпичи. Поэтому дельный совет: соотносите начертание отростка буквы «в» с нижними отростками букв «д» и «р». Перед вами может оказаться как амбициозный боец с карьеристской жилкой (через «в» отлично проецируется отношение к карьере), так и хвастунишка, для которого все баталии — на диване у телевизора. Хотя, возможно, из такого мог бы получится неплохой рекламный агент.

Рис. 3.13

Однако, если отросток явно выраженный и «пузатенький» (сродни розовому слонику), как, например, на рис. 3.13, то вряд ли вам удастся вывести человека из мирка его сладких мечтаний и себялюбия. Да и зачем?

У тех, кто мотивирует свои жизненные планы настолько, что не может спокойно уснуть, — отросток буквы «в» ложится горизонтально. «Нам важен полезный результат, хоть какой-нибудь, но результат!» — вот девиз утилитаристов (от лат. utilitas — польза, выгода). Таких людей отвлеченной идеей вы уж точно не соблазните. Зато можно без труда сыграть на их озабоченности успехом и сиюминутной выгодой. «Ми люди темні, нам аби гроші», — чего уж тут много говорить. Отличный тактический нюх и полнейшая неспособность абстрагироваться от увлекающей ситуации. Плюс пониженная щепетильность к союзникам и идеологиям. К слову, сейчас таким везет. Приметы: отросток буквы «в» небольшой, заостренный и как бы нависает над строкой (рис. 3.14).

Рис. 3.14

Будьте с такими осторожней, ибо, не додав им копейку, вы со временем лишитесь рубля. Чем-то смахивает на психологию цепного пса — те же приоритеты.

Встречается также почти редуцированный отросток (рис. 3.15). Буква выглядит слегка неестественно, как если у толстяка голова с кулачок. Где-то оно так и есть. Человек, переложивший собственное планирование на внешность, обладает потенциалом цыпленка бройлера. «Абсолютно ведомый» — мы бы его еще так назвали. В психологии существует более специфичный термин: интроективная личность.

Рис. 3.15

Есть еще одна, противоположная предыдущему варианту и гораздо более заметная, разновидность отростка буквы «в» — витиеватый (рис. 3.16).

Рис. 3.16

Эдакие «барочные» отростки характеризуют слегка артистичных и, простите, «выпендристых» личностей, которые тем не менее голыми руками каштаны из костра тащить не станут. Нарциссизм через фантазии и самопредставление — ну, кто из творческих личностей этим слегка не болен? Ублажайте, и сожительство с таким человеком вас не доведет до мигрени. Жесткого отпора здесь ну никак не предвидится, а вот причитаний и саморисовок — хватит более чем на двоих. Люди с такой буквой «в» склонны к симбиотическому стилю выживания. Проще говоря, они всегда ищут крышу, под которой могут расцвести или… непрерывно морочить голову хозяину. Все зависит от конкретного случая и личного таланта.

Примечание: «Опрокинутая» назад буква «в», а также ее нижняя часть будут проанализированы несколько позже, в контексте соответствующих психологических проекций.

* * *

Буква «б» так же, как и «в», имеет верхний отросток, но горе тому психографологу, кто их объединит! Отросток буквы «б» — словно взмах кисточкой, или укол жала, или полет стрелы: я не напрасно прибегаю к столь высокопарному слогу. Просто настраиваю читателя на тему. Через букву «б» проецируется экзистенциональное ядро человека («бытие», «быть», «будущее» и т. д.), в практическом плане — его бытийная идеология, все то, что составляет духовную сущностную сторону человека. Вы не сильно ошибетесь, если сюда отнесете также политологический аспект деятельности человека, ведь политика — практическая сторона идеологической сферы, так сказать, ее материальное выражение. Отсюда — по букве «б» очень легко определяются личности, склонные к сугубо идеологической деятельности, от морализирующих начальников до вождей и проповедников общественного масштаба. Второй вариант — люди, склонные уходить в «трансцендентное», мир идей и fantasy. Если буква «в» — это планирование и стратегия, то «б» — в буквальном смысле существование в том, что мы обычно определяем как идеальное. Согласитесь, люди ряда профессий неплохо на этом зарабатывают: помимо политиков, например, деятели искусства. «Быть» через букву «б» для графолога — значит, осознавать свою душевную устремленность. Еще буква «б» сильно «нагружена» будущими ожиданиями, ведь каждый из нас стремится к какому-то идеалу, идеальному образу жизни.

Итак, перейдем к конкретным вариантам.

Вариант, когда отростка буквы «б» как такового почти нет (или он очень маленький), как на рис. 3.17.

Рис. 3.17

Что же, перед вами человек с «обрезанными крыльями», духовно-эмоциональная сфера которого к тому же сильно обеднена. Иногда такое написание буквы характерно для людей, которые уже ни во что не верят, поскольку когда-то сильно обожглись и исповедуют психологию «моя хата с краю». Могут оказаться отличными ретрансляторами чужих идей, поскольку собственных не имеют. Добавьте сюда синдром «жизни с оглядкой». По-видимому, неплохие исполнители.

Вариант, когда отросток буквы «б» достаточно развит (рис. 3.18), но ложится как бы навесом над строчкой (аналогично букве «в» на рис. 3.14.), характерен для людей-практиков, которые приучили себя «заземлять» свои устремления. Риску в житейском море они предпочитают наличие надежного покровителя, обладают превосходным чувством реальности, ну и, безусловно, им не откажешь в чутье на практическую выгоду. Единственный недостаток: за близкими деревьями могут не увидеть дальнего леса и, в общем, с недоверием относятся к чужим ноу-хау и любым кардинальным переменам. Способ существования для них — линейное наращивание нажитого потенциала. Зато в энергичности им не откажешь (если отросток достаточно длинный).

Рис. 3.18

Близкой к «нормальной» графологии считается буква «б» с отростком, который сравнительно мягко устремлен вверх и вправо (рис. 3.19).

Рис. 3.19

В таком варианте написания происходит отрыв от сиюминутного и обыденного, пусть даже на уровне движения руки. Неплохие стратеги своей судьбы и в целом способные послужить какой-то идее.

Насчет последнего (увлечение идеей) присмотритесь к нажиму окончания отростка. Сравните рис. 3.20а и рис. 3.20б.

Рис. 3.20а Рис. 3.20б

В случае, представленном на рис. 3.20б, нажим плавно исчезает, рука постепенно «пошла» по воздуху. Точно такое же может случиться и с провозглашаемой идеей: она переродится в сотрясание воздуха, в идеологическую трескотню.

Также достаточно серьезно меняет дело завиток в окончании отростка. Вначале рассмотрим вариант завитка вверх (рис. 3.21). Это чаще всего бахвальство и рисовка (прожектерство). Весьма характерный штрих для личностей демонстративного склада. Противопоказана должность менеджера проектов или менеджера по производству. В ваших же интересах.

Рис. 3.21

NB. Совсем иную характеристику можно дать пишущему букву «б» с завитком книзу (рис. 3.22а, б).

Рис. 3.22а Рис. 3.22б

Здесь происходит своеобразный возврат отростка вниз к строке. У человека развит сдерживающий самоконтроль, возможно даже комплекс боязни неудач. Он не позволяет себе увлечься и поэтому самострахуется при угрозе такого «улета». Единственный недостаток: боится рискнуть и дает себя переубедить. Собственные неудачи и ошибки зачастую рационализирует. На должность комиссара или политрука его бы не поставили — нет блеска уверенности в глазах. Буквы, представленные на рис. 3.22б, усугубляют сказанное выше.

Встречается также одни интересный вариант отростка буквы «б» с «закорючкой» (рис. 3.23). Интересный тем, что его носитель, т. е. пишущий, достаточно опасный человек.

Рис. 3.23

Обратите внимание на такую букву, ибо перед вами индивид, честолюбиво мечтающий о многом, но, карабкаясь вверх, он накопил достаточно много агрессивности, которая проистекает из наличия комплекса ущербности и непомерного честолюбия. При всей своей страсти к маниям, очень жесткий прагматик и не погнушается во имя торжества идеи грязной работы. Меняет принципы, но не устремления. Не страдает головокружением, взбираясь на очередную социальную ступень. Впрочем, такой вариант написания буквы «б» достаточно редок, так как неуспех и неуемное честолюбие плохо уживаются друг с другом. Горазда чаще встречается отросток, который мы называем «идеологическим», памятуя, что идеолог ведет нас, нерадивых и непонятливых. Присмотритесь к буквам на рис. 3.24:

Рис. 3.24

Не правда ли, они очень смахивают на вытянутую руку вождей бывшего и нынешнего комдвижения? Личность, любящую такой «крутой» росчерк в букве «б», можете смело определять как харизматическую. А уж становиться ли его адептом — решайте сами.

Куда мягче смотрится волнистый отросток (рис. 3.25).

Рис. 3.25

Такие люди — прямая противоположность идеологическим пастырям и вождям. «Волнистая» буква «б» — и налицо мягкость человека, его чувствительность и увлеченность больше миром чувств и ощущений, нежели диалогами. Типичный декаданс, если только не вкладывать в это слово большевистскую ненависть ко всему эстетическому и прекрасному. Обладать художественным вкусом теперь уже, кажется, не наказуемо, просто не стоит таких индивидов использовать на лесоповале. Возможно, вы столкнетесь с повышенным уровнем самоосознания. Но гораздо больше его окажется у тех, чьи отростки поражают своей вычурностью (рис. 3.26).

Рис. 3.26

Вариации могут быть самыми различными, но по большому счету это — артистизм и, простите, выпендреж. Бывает и такой гиперуровень самооценки, благо, он сразу же бросается в глаза. Здесь графология мало что добавит к психологическому портрету «гениальной личности». Не ущемляйте его напыщенное «благородство» и избегайте поручать серьезную работу. Пусть человек самовыражается.

* * *

Отдельно хотелось бы отметить такой часто встречаемый в почерке элемент, как бунчук у буквы «р» (рис. 3.27а-г).

Рис. 3.27а Рис. 3.27б Рис. 3.27в Рис. 3.27 г

Орфографически, заметьте, нас так писать не учили, но тем не менее некоторые индивиды очень любят приращивать верхний отросток к букве «р». Ничего хорошего в этом нет. Все та же амбициозность, самоуверенность, так сказать, право нанесения агрессивного удара. Такую жизненную позицию метко прозвали «стрельбой с высокого берега»: вот в этих случаях я «имею право», я «могу». Оно вроде бы и ничего, но знай, где упадешь, подстелил бы соломки. Увы, в данном случае, кроме агрессивной и самоуверенной установочности, иной умной тактики нет. Одно утешает: при такой самоуверенности индивид не сразу отступает перед трудностями. Может даже блефонуть, а то и «клацнуть зубами». Главное, отличайте демонстративную позу (рис. 3.27б и рис. 3.27 г) от действительно таковой (рис 3.27а и рис. 3.27в).

Глава 4. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ ОБАЯНИЕ… ПИШУЩЕЙ РУКИ (История одной «интеллектуальной» буквы)

Если что-то непонятно — начинай учить других!

К.Прутков. Тренинг по креативу

Интеллект (от лат. intellectus — ум, рассудок, разум, мыслительные способности человека) по почерку тестировать достаточно сложно. И не только потому, что проекция умственных способностей через движения пишущей руки весьма зашифрована. И не только из присущей человеческим индивидам «скромности», которую давным-давно подметил Франсуа Ларошфуко: «Все люди жалуются на свою память, но никто не жалуется на свой ум». Действительная причина лежит в методологии: в эпоху информационного цунами уже никто толком не в состоянии объяснить, как человеческому разуму удается «выплывать» и что-то там дальше еще придумывать. Императорство логики, кажется, уже закончилось, но неопытную руку ребенка все так же (да простят нас педагоги!) тупо логически отслеживает взрослый наставник. Впрочем, то, что в человеке думает, не по зубам даже казарменным кабинетчикам современной массовой школы. И рука пишущего непроизвольно (т. е. под каким-то влиянием) уходит в свободную импровизацию написания букв, причем некоторых — с особым «интеллектуальным» неравнодушием.

Итак, начнем с буквы «т», которая почему-то оказалась наиболее вариационной для графологической диагностики интеллекта. Какая-то психолингвистическая связь или определенная причина есть: по-гречески theоria — наблюдение, исследование.

Мы пишем, чтобы зафиксировать на бумаге информацию. Если ее много — рука переходит на скоропись (профессия стенографистов достаточно редкая). Но много информации чаще всего тогда, когда много мыслей. Если мыслям тесновато в голове — есть подозрение на интеллект. Если же пишущей руке вольготно уже начиная с третьего общеобразовательного класса, то бишь она попросту ничем больше не загружается, то, видимо, человек по-своему умен, но в очень глубокой потенции. И нам, бедолагам, отказано сие прочувствовать. Ибо стиль руки, неуспевающей за натиском информации, мы худо-бедно можем отличить даже без спецкурса по графологии. Между прочим, существует даже психологический тест на интеллект, когда человеку очень быстро надиктовывают слова, а он должен их как можно больше успеть записать. Диспетчерские и секретарские службы не мешало бы так иногда «встряхивать» (тестирование интеллекта — занятная тема, но для отдельного разговора).

Теперь вам стала понятна «логика» графологической диагностики умственных способностей человека: беглый и упрощенный с виду почерк считается гораздо «умнее» нежели красивый каллиграфический или, как еще говорят, «прилежно-ученический». С подписями, между прочим, то же самое. Сложнее всего подделывать «от руки» как раз с виду неказистую размашистую закорючку. Скептиков отсылаем к отечественной гривне: потренируйтесь на подписях г-на Ющенко.

Однако вернемся к главной нашей «улике» — букве «т». Первый вариант, который мы рассмотрим, так и определяется, как ученическая «т» (рис. 4.1).

Рис. 4.1

Школярство — прекрасная пора, когда за прилежное и четко дозированное воспроизведение информации жизнь тут же награждала нас чем-нибудь материальным из папиного кармана или из маминых добрых рук. И если иные стимулы к развитию интеллекта далее отсутствуют, то школярская самоуверенность перерастает в догматизм и ограниченность. Человека с застывшим в развитии интеллектом очень удачно в свое время прозвали «схоластом» (от гр. schole — школа, то же от лат. scholasticus). Хорошо ему, ибо на вопросы, которые ставит жизнь, он всегда найдет ответ в учебниках. Ну а выдумывать новые правила по ходу игры такой товарищ посчитает за наказуемую ересь. «Правильно» — любимое их слово (ох, и полюбился ныне этот слоган «правильное» рекламистам — школьные учителя туда от безработицы рванули, что ли?). Золотой фонд кандидатов для налоговой службы и бухгалтерии, где требуется такая правильность. Но по иронии жизни нынче там как раз и нету правил.

То ли дело в постсоветском прошлом: педагогом ли, нормировщиком в оборонку или каким-нибудь учетчиком в общественную организацию — везде заслуженное уважение к тем, кто прочно и навсегда усваивает вложенный в голову свод знаний. Только без информационного перегруза. Последнее более чем принципиально! Люди со школярской буквой «т» не умеют эффективно справляться с возрастающими потоками информации! Кроме того, они не умеют работать в ситуациях с «неполнотой данных» и их алгоритм поведения всегда будет основан на прошлом прецеденте. Зато, один раз что-то крепко усвоив, они и в тысячный раз с удовольствием это воспроизведут, ничуть не теряя оптимизма самоуважения. Ценное, заметьте, качество. «Правильно» подыскав рабочее место такому сотруднику, вы всегда можете пребывать в спокойной уверенности: технологических «сюрпризов» не предвидится. Ну а работоспособность, то бишь ленивость, проверяйте по общему нажиму на строчку, в том числе и при написании буквы «т». Люди, которых обычно трудно переубедить более «умными» доводами, свою «школярскую» «т» пишут, как пропечатывают: «Уж мы то знаем, что почем, и вы нас не переубедите!»

Существуют две дополнительные разновидности «школярского» варианта, когда рука пишущего старательно, а то и любовно, дорисовывает к такой «т» палочку, причем либо вверху, либо внизу.

Вначале — о букве «т» с «крышей». Действительно, горизонтальная черточка над буквой — ну точь-в-точь парящая «крыша» (рис. 4.2).

Рис. 4.2

Сейчас это слово стало жаргонным. Жаргон (термин, кстати, французский — jargon) никогда не врет по своей сути, это «кость» языка, покуда тот не оброс «мясцом» приличия и смыслоблудия. Палочка — «крыша» над буквой «т» — попытка придать должный вес формализму, ну и, разумеется, самому себе. Идеальное воплощение «т» с палочкой — обычная канцелярская «крыска», надутая от важности порученного ей дела. Иначе говоря, носитель такой буквы «т» — интеллектуальный сноб, ради сохранения своего интеллектуального статуса он без зазрения совести угробит любую живую мысль со стороны. Если не удастся ее присвоить и начертать уже как личную собственность на своих знаменах. Хвалите, хвалите непрестанно и сладко ум таких людей, их глубину, проницательность, уникальность — и у вас на одного врага станет меньше, временно, конечно. Они глупы, самоуверенны и тщеславны, и если быка понапрасну не дразнить кумачом, а поскрести за ушком — то это только вам же на пользу.

Формалист, да еще ограниченный и тщеславный, стремится к самой надежной власти — бюрократической (фр. bureau — бюро, стол + гр. kratos — власть), а что сие значит в нашей убогой стране, многие, наверное, ощутили. То, что бюрократ любит красивую сытую жизнь, — нормально, но то, что он бульдозером сравнивает все, что выше его по интеллекту, — уже наказуемо. «Крыша» над буквой «т» — подсознательный и тщательно скрываемый страх перед могуществом другого, более сильного разума, попытка укрыться, спрятаться и затем самовосхвалять себя. Так спокойнее. Но то, что страх, а вместе с ним и чувство интеллектуальной ущербности, существует, доказывает еще одна версия «школярской» «т» с палочкой.

Встречаются люди, которые букву «т» пишут перевернутой, как «ш», но при этом добавляют черточку внизу, примерно как на рис. 4.3.

Рис. 4.3

С точки зрения психоанализа, это не буква, а чистая «изюминка». Вот только с холодком затаенного страха и обороняющейся агрессивности. Перевернутая таким образом «школярская» «т» превратилась в частокол, цель которого — защитить «писателя» от наезда сверху, т. е. более умных. Согласитесь, что иногда атака — лучший способ защиты, а страх можно прикрыть оболочкой нападающей уверенности. «Категорически уверен…», «Совершенно точно…», «Только так…» и, наконец, «Как вы смеете!..» — прислушайтесь, эта версия буквы «т» говорит именно такими речевыми оборотами. И еще один момент: черточка внизу — желание зацепиться за что-то конкретное и значимое. Информация как бы приравнивается к рублю: носишь что-то в голове, значит, имеешь эквивалент в кармане. О произрастающем потенциале творчества (нынче модно — креативности, от лат. creatio — создание) в данном случае неуместно вспоминать: здесь интеллектуальная позиция человека защищаться, но не развиваться.

Обратите внимание, как прописаны на рис. 4.2 и рис. 4.3 черточки, иногда они бывают со стрелками или крючками (рис. 4.4а-д).

Рис. 4.4а Рис. 4.4б Рис. 4.4в Рис. 4.4 г Рис. 4.4д

Направление стрелки (крючка) вправо (рис. 4.4а,г, д) — вы имеете дело с атакующим индивидом, который свое формально-догматическое мнение страшно любит навязывать окружающим. Вам можно посочувствовать, ибо от подобного субъекта надо только убегать («убирать» — как-то рука не поднимается написать). Хотя, может быть, вам как раз и нужен гибрид жандарма и политрука, например для походов по налоговым и прочим инстанциям (пусть бюрократы хлеб даром не жрут!). Особо назойлив индивид, если закорючка на правом конце направлена вниз (рис. 4.4а); если вверх (рис. 4.4 г, рис. 4.4д) — чуть менее напорист, но зато — ни капли сомнения или какой-либо тормозящей рефлексии, эдакий бескомплексный «гнусик».

Крючочек влево (рис. 4.4б, рис. 4.4в): перепроверка, контроль своих действий, планов, склонность к самоанализу (рефлексии). Иногда это можно диагностировать как неуверенность, осторожность, склонность к ненужным паузам перед принятием решения к действию. Острый крючок влево — всегда скрытое недовольство собой, это нападение на себя. Синдром нападения на себя усугубляется, если левый завиток располагается снизу (рис. 4.4б). Видимо, индивид с такой буквой «т» хотел бы сменить правила, по которым он играет. Если крючочек влево располагается вверху — это сигнализирует о неуверенности в декларации стратегических планов, склонности к перестраховке (рис. 4.4в).

Есть еще один подвид «школярского» варианта, который несколько смягчает психоинтеллектуальную характеристику индивида. Это так называемая рефлексионная буква «т» (рис. 4.5). Принципиальны в данном случае нижние петельки. Такой человек очень часто переживает, что передается и на интеллектуальные механизмы. Отсюда неуверенность: «Правильно ли я сделал», постоянная рационализация поступков и стремление все делать «по рассудку». Увы, таким путем нарабатывается только отрицательный и осторожный жизненный опыт, а ум постепенно теряет свою остроту. Так обычно происходит с психастениками повышенной эмоциональной чувствительности. Они всю жизнь возводят вокруг себя золотую клетку, чтобы крылья фантазии, не дай Бог, не подняли их слишком высоко к жаркому солнцу…

Рис. 4.5

Человек доходит до такой жизни все же благодаря своему интеллекту и накопленному опыту. И первое, и второе — суть качественная работа с информацией. Поэтому на определенном этапе своей жизни человек реформирует написание неповоротливой и тяжеловесной «школярской» «т» в мобильную и агрессивную печатную «т» (рис. 4.6).

Рис. 4.6

Вариаций много, но суть изменений ясна: быстрее, точнее, направленнее. Если есть поэзия в графике, то вот она здесь, в этих стремительных и красивых формах новой «т». Когда-то первобытный человек сменил тяжелый булыжник на изящный лук. Начал лучше питаться и у него появилось время для создания кроманьонских художественных галерей. Новая форма буквы «т» позволяет человеку точно так же освобождать мозг для лучшего потока мыслей, и рука уже едва поспевает (еще более оперативный виток скорости — клавиатура, а на подходе — запись с «живого» голоса). Беглость руки в написании «т» и есть проекция активной мыслительной работы.

Теперь несколько пояснительных штрихов к печатной «т». Первое — начнем с ее горизонтальной палочки (рис. 4.7).

Рис. 4.7

Перед нами весьма прагматичный человек, для которого интеллект — сугубо материальное подспорье, а еще конкретнее — приложение к усвоенным профессиональным навыкам. Он абсолютно уверен, но покуда дело касается его компетенции. И если вы зовете его под свои знамена — не забудьте о должном пайке, а во всем остальном положитесь на его профессиональную честь — не подведет.

В «норме», т. е. наиболее распространенном варианте (но что значит эта «норма», если общество давно сбилось с пути и шарахается из стороны в сторону?) буква «т» имеет слегка приподнятую вправо палочку сверху (рис. 4.8).

Рис. 4.8

Это вполне естественно, если учесть, что интеллект человека призван обслуживать перспективное направление его жизнедеятельности. Добавьте сюда надежду, то бишь уверенность в успехе. Согласитесь, без этого человек — не боец, если только он не состоит членом товарищества «суицидчиков». Мы живем, пока во что-то верим, а верим — пока надеемся, а надежда всегда основана хоть на каком-то, но все же расчете. И в своей судьбе мы хоть немножко, а все же стратеги. Поэтому-то палочка «т» и тянется вправо-вверх, как взлетная полоса несущего авианосца. И «взлетают» с этой полосы, подобно «харриэрам», основательные мысли, обеспечивающие действительный прогресс индивиду (именно мысли, а не труд по г-ну Энгельсу). Если вы требуете от работника хотя бы минимум творчества, то позаботьтесь о «взлетном поле» для такового.

Однако бывает, и весьма часто, что крутизна верхней палочки «т» превышает «нормальную» меру и устремляется круто вверх, словно трамплин для заброса космических «челноков» (рис. 4.9).

Рис. 4.9

Аналогия здесь выбрана не случайно, ибо, в отличие от буквы «б», в круто взлетающей палочке «т» проецируется могущество разума, а не амбиций. В противном случае интеллект сродни импотенту: ограничивается одними только мечтаниями. Помните любимую притчу Эйнштейна: «Все знали, что этого сделать в принципе нельзя. Но вот пришел дурачок, который об этом не знал — и сделал». Остерегайтесь людей, у которых «взрослая» «т» круто взлетает вверх — они всегда могут сыграть «в дурачка»!

Еще более опасный для «нормировщиков» человеческого поведения признак — когда буква «т» имеет «взлетающий» переход в активные «ударные» буквы «р» или «в» (рис. 4.10).

Рис. 4.10

Перед вами — своеобразный усиленный «дуплет» (так и хочется сказать — «спарринг»), когда интеллектуальная мощь «т» переходит в активную энергию «в» или «р». Иными словами, единство стратегической мысли и действия. Конечно, не всем уготована судьба Наполеона или Эриха фон Манштейна, но будьте уверены — готовности к риску по-крупному таким не занимать. Не важно, где и как. Такие люди всегда уверены в силе своих предположений или расчетов и всегда подвержены соблазну максимально это качество использовать. Всмотритесь в почерк своего подопечного и, может быть, вопрос о «престолонаследнике» отпадет сам собой. Ну а если вам нужны «командармы» в стиле Жукова, то уже понятно, как их отыскать.

Вам может, конечно, встретиться сверхгипертрофированная палочка буквы «т» (рис. 4.11).

Рис. 4.11

В подобном случае вы имеете дело с маниакально-шизоидным индивидом, для которого его мысли и интеллектуальная оригинальность — предел всего. Если же он близок к «норме», то, право, стоит отбросить все собственные амбиции, присмотреться — случаем, не гений ли рядом с вами? На таких всегда можно неплохо заработать. Но в связке с ними никогда не забывайте о страховке: как говорят мудрые англичане, гордыня всегда предшествует падению…

Иногда попадаются индивиды с «обратимой» палочкой «т» (рис. 4.12).

Рис. 4.12

В этом случае принципиально то, что левый угол «палочки» явно приподнят, образует видимый «скат» в правую сторону. Согласитесь, такая форма начертания — явный антагонист только что рассмотренным вариантам рис. 4.9. и рис. 4.11. И в жизни — то же самое. На каком-то повороте судьбы человек перестал доверять своим потенциальным интеллектуальным возможностям, но прошлые амбиции еще сохранились, хотя и с горьковатым привкусом. Неверие в будущее, скепсис, обращенный вовнутрь, возможно даже цинизм, и, как следствие, — игра на поражение, позиция «вечно обвиняемого», творческое бесплодие, идеализация личного прошлого или романтизация еще более отдаленных времен. Вам нужен сутяжник в суде или вечно ноющий журналист в масс-медиа, эдакие карманные плакальщицы? Носители такой вот буквы «т» с «обратимой» палочкой сверху как раз подойдут на эту роль. Вам нужно подорвать чью-то «контору» изнутри? Тоже нормально. Ну а если это, например, классный руководитель вашего юного отрока и у вас сохранился родительский инстинкт, то лучше поменять школу. И на фирме приготовьтесь выслушивать бесконечные оправдания такого подчиненного, «почему не получилось». При подобной установке, понятно, и не могло быть иначе.

Собственно, в левом завитке буквы «т» проецируется склонность к опоре на прошлый опыт, подстраховку через длительное (или обстоятельное) обдумывание предстоящих шагов, а также обнаруживается явная системность в разработке будущих стратегий.

Рис. 4.13а Рис. 4.13б

Сравните рис. 4.13а и рис 4.13б. Чем острее угол влево, тем более вероятно критическое отношение к прошлому опыту (рис. 4.14).

Рис. 4.14

Внимание! Люди, которые могут пойти вспять, таким образом как бы зачеркивают свою прошлую систематизацию жизни. Плохо это или хорошо, судить вам в каждом конкретном случае. Ну а в общем, не осмыслив прошлого, вряд ли совершишь рывок в будущее. «Пока мы не вникнем мыслью в то, что есть, мы никогда не сможем принадлежать тому, что будет», — так считал Мартин Хайдеггер, великий философ-маг двадцатого века.

Есть еще одна разновидность буквы «т», которую традиционно называют «артистической» (рис. 4.15).

Рис 4.15

Конечно, форма в данном случае несколько преобладает над содержанием. Интеллектуальная демонстративность — вещь, безусловно, полезная, если только вы не проектируете, например, путепроводы или ракетоносители. Короче, подыщите соответствующий род занятий. Например, модельный бизнес. Там, по крайней мере, за эти фантазии не проклинают. И упаси вас Бог не похвалить сотрудника с такой вычурной буквой «т» за его «необычный» интеллект! Подорвете на корню его производительность, а получите взамен кучу «обидок». Впрочем, хоть так, хоть эдак, интеллектуального «негра» из него не выйдет.

Ну вот, букву «т» мы с вами разобрали во всех ее мыслимых ипостасях. Думаю, она достойна такого внимания.

Глава 5. «СКОВАННЫЕ ОДНОЙ ЦЕПЬЮ…» (О чем могут рассказать строчки)

Если у мысли срезать крылья, она станет инструкцией

К.Прутков-наставник. Как составлять бизнес-план

Будьте уверенны! Хотя бы в наличии самого себя.

К.Прутков. После фильма «Матрица»

Поговорим о строчках. Как известно, письменная (написанная) строка состоит из слов, последние — из букв. Буквы, чтобы образовать слово, должны быть графически «сцеплены». Так нас научили в школе. Вот эта самая сцепка осуществляется буквенными «хвостиками», «закорючками», «петельками» и т. д., которые мы для краткости на своем графологическом жаргоне называем «переходниками». Термин понятный, особенно для тех, кто хоть раз сталкивался «в лицо» с сантехникой. Однако мысль — не вода в трубах, и для быстрой ее передачи «переходники» в почерке либо а) специальная акцентуация, либо б) помеха. В первом случае мы имеем дело с принципом «сказано — сделано» или «слово — закон» (в психологии такую поведенческую жесткость принято обозначать весьма подходящим термином «ригидность» — от лат. rigidus — окоченелый, оцепенелый). В варианте (б) мы имеем дело просто с медлительностью, когда мысль не «подпирает» руку и та вполне вольготно вырисовывает «переходнички». Точно, как в первом классе, где в чистописании в первую очередь оценивалось качество, а не скорость. По сути дела, стоит добавить, что и в дореволюционных письмах даже вышколенные гимназией барышни «ускоряли» свой почерк, чтобы изложить на бумаге побольше мыслей и побыстрее.

Профессиональная каллиграфия (гр. kalligraphia — красивый почерк) — удел и по тем временам не очень многих, если, конечно, не судить о стиле письма по наградным листам. Впрочем, о «красивости» в почерке — чуть позже. Фактически во втором случае мы имеем дело с явным преобладанием формы над содержанием. Повторимся: общеобразовательная школа в этом плане очень постаралась. «Прилежный» и «хорошист» всегда отдавали душком казенщины и желанием привести все и вся «в норму». Сюда же можно отнести и такую учительскую оценку как «старательность». Тот, для кого смыслом стало получение одобрения за «старательно» и «прилежно» выполненную работу, подсознательно ушел от кардинальной реформы собственного почерка. А зачем? Если можно точно и правильно выполнять существующие инструкции и всегда иметь гарантированное поощрение. Таким образом, где-то в своей онтологии (греч. ontos — сущее, суть) оба варианта имеют общий корень происхождения, черпающий уверенность своего права на бытие в неукоснительном следовании внешним догмам. Однако ригидность установок стоит все же отличать от непродуктивного формализма.

Присмотритесь к приведенным ниже рис. 5.1а и рис. 5.1б и «почувствуйте разницу».

Рис. 5.1а Рис. 5.1б

Слово «малина» в первом случае прописано очень жестко, все буквы сцеплены короткими, но хорошо продавленными «переходниками». Вариант второй (рис. 5.1б) помягче, соединения между буквами более растянуты, образуют даже какое-то подобие «петель», как на рис. 5.2.

Рис. 5.2

Когда вы видите, что рука «не ленится» выводить все элементы соединения между буквами, значит, перед вами человек достаточно внушаемый, усваивающий только формальную сторону дела, а посему… недалекий. За последнее — ручаемся. Сохранить во взрослой жизни «школярские» привычки написания может только «незагруженная» рука, хозяин которой очень наивен и чересчур исполнителен. И не удивляйтесь, если при этом столкнетесь с повышенным самомнением: именно старательность в сочетании с недалекостью и порождает в данном случае подобный синдром. Разве мало «клерков» в нашей стране с гордо поднятым носиком и высокомерно взведенными бровками? Они владеют глубокой мудростью: «Не высовывайся, будь старателен, и с годами тебя тоже начнут уважать».

Куда напористей и агрессивней двигаются по карьерной лестнице индивиды с жестким стилем межбуквенного соединения, как на рис. 5.1а и рис. 5.3.

Рис. 5.3

Здесь в полной мере — уверенность в силе системности, догмы, закона и всего того, что мы называем железной последовательностью. Здесь — воинствующий педантизм, для которого все, что случайно и наперед не объяснимо, то неправильно. В самом деле, жутковато слышать уверенно-угрожающий голос за кадром рекламного ролика, например о «правильном»… пиве. Того и гляди, по улицам замаршируют «правильные» люди. Кажется, это уже было. И, видимо, оттого невесело, когда все «правильно». Впрочем, спрос во все века на тех, кто поддается «правильной» обработке, был очень высок. Ведь приводные ремни любой системы принуждения — это все та же психологическая ригидность, жесткость, неукоснительность и при этом — ни малейшей тени внутренних сомнений. «Сначала выполни приказ, а уж потом сомневайся!» Увы, сомнения глушатся и вытесняются как непозволительная для собственной личности слабость.

Ригидный человек легко просчитываемый, его поступки нетрудно спрогнозировать заранее. Поставив капкан на его пути, можно точно знать время, когда он в этот капкан сунется. За «правильную последовательность» иногда приходится очень дорого платить. Кстати, сама природа обычно наказывает ригидных личностей: они болеют редко, но неотвратимо. Достаточно присмотреться, с каким напряжением прописаны строчки, чтобы это понять. Любая несвобода, в том числе и несвобода пишущей руки, загоняет энергию, словно зверя в клетку, где тот начинает бросаться на прутья, калеча себя. Так, от внутренней несвободы происходит глубинная трансформация личности, которая зачастую выражается таким вариантом почерка, как на рис. 5.4.

Рис 5.4

Обратите внимание на «выгнутость», «волнистость» написания букв, при этом продавка «переходников» очень сильная, слова напоминают неразрывное плетение из толстой гнутой проволоки. Именно так и пишут личности, у которых существует проблема самовыражения, которые обладают мощнейшей встроенной внутренней цензурой. «Комплекс несвободы» — вот как можно определить их внутреннее состояние. Рука непроизвольно искривляет буквы, чтобы сохранить комфортным самоосознание. Классическая психологическая проекция вовне затаенного синдрома. Наблюдая такого человека в жизни, вы сразу же заметите, а скорее почувствуете, дискомфорт в общении с ним из-за множества скрытых установок, многоплановости реагирования в откровенных ситуациях и всегда повышенной обидчивости (!). Последнее качество (обидчивость) глубоко укоренившееся, и здесь вы ничего не сможете поделать. Обвиняя внешнее окружение, индивид таким образом уходит от самокритики.

И еще один нюанс: он умеет приспосабливаться к вашим запросам, но рано или поздно потребует за это высокую цену. «Я пожертвовал многим, а ты…» — приблизительно так начнется разрыв дотоле близких отношений (если, конечно, такие отношения можно назвать близкими). В данном случае неизбежную расплату за усердие в «ломке самого себя» человек обязательно попытается сбросить вовне. А дотоле подспудно у него будет назревать недовольство. И совсем не важно, какие за этим последуют объяснения. С помощью анализа почерка истинную причину, надеемся, вы сможете узнать раньше.

Обратите также отдельное внимание на «остроту» или «покатость» таких букв, как «м», «н», «п», «т», «ш». Представьте их в виде частокола и прикиньте: перелезая через него, порвешь одежду, аль нет (рис. 5.5).

Рис. 5.5

Чем острее, колючее буковки, тем жестче и несговорчивее человек, тем сильнее у него проявляется критичность, нередко доходящая до крайних пределов язвительности и «вредности». Такой субъект способен даже семейную гавань превратить в строевой плац, где шаг вправо-влево — дисциплинарный проступок. А вот на службе «мистеру Палкину» всегда хорошо: наш народ привык мягкость почитать за слабость и еще не скоро, наверное, у нас привьется вкус к «нормальной» жизни. В коммуникации — агрессивная недоверчивость, и прежде всего — ко всему непонятному и незнакомому. Чувство сопереживания, как и способность понять другого, видимо, таким людям просто неведомо.

Необходимо различать в подобном почерке остроту отдельно верха, или «спинки», букв «т», «м», «п», «н», «ш» и остроту их низа, или «подбрюшья», как, например, на рис. 5.6а-в.

Рис. 5.6а Рис. 5.6б Рис. 5.6в

Все три слова имеют существенные различия в аспекте графологического анализа. Вариант рис. 5.6а: острый верх и мягкий низ строчных букв; вариант рис. 5.6б: «спина» и «подбрюшье» строки одинаково острые; вариант рис. 5.6в (весьма редкий): верх мягкий, а низ острый. Как интерпретировать указанные различия, вам сразу станет понятно, если примете к сведению следующую схему анализа: верх — отношение к внешнему миру, так называемой зоне экспансии, а низ — отношение к себе и к своему личному пространству. Заметьте, речь идет не о выступающих отростках, а непосредственно о самой строке (назовем ее «основным фронтом» или «строчными буквами»). Расшифруем теперь более предметно все варианты, приведенные на рис 5.6.

Итак, в случае, представленном на рис. 5.6а, мы имеем дело с типичной самозащитой в жестко-агрессивной форме от внешнего окружения. При этом интимный (лат. intimus — самый глубокий, внутренний) мир личности вполне комфортен (мягкий низ). К «своим» — мягко и дружелюбно, к «чужакам» — рычанием и угрозами. Идеальный работник для службы безопасности, но в сферу маркетинга или PR-мероприятий его лучше не допускать. Жизненная философия избитая, но беспроигрышная. Вот только прогресса не предвидится: рано или поздно «чужаки» сомкнут кольцо фронтов… Тогда вполне возможно произойдет эволюция почерка от варианта рис. 5.6а к варианту рис. 5.6б. Тотальная облога и тотальная самозащита. Нереализованная агрессия развернется внутрь…

Нечто подобное описывает Гарри Гаррисон в отличном романе: «Неукротимая планета». Со средой еще можно как-то бороться, но с самим собой? Бегство в виртуальность не спасет, хотя зайти можно далеко. Как правило, люди с подобным почерком устраивают все тот же «строевой ад» для домочадцев и близких коллег по работе. Научите их расслабляться или отправьте сторожем на «заимку». Авось природа подлечит. Впрочем, есть еще одно предложение — «контролер» при тотальных «разборках» в период острого кризиса. Но опять же не давайте ему потом шанс развернуться, иначе кранты пославшему. Мрачноватый получается разговор, но что поделаешь: под солнцем место не только розам.

Вариант рис. 5.6в, как мы уже говорили, самый редкий. Действительно, нападать на самого себя вместо атаки на мир и это при достаточной жесткости характера? Чаще диагностируется иное: самоконтроль в агрессивной форме. Бывает, человек не раз «прокололся» и виной тому он сам. Возникает отрицательная компенсация: «Ах ты, подлец эдакий. Накажу!» Более серьезный случай: индивиду глубоко в душе не нравится, как он живет, куда движется. Кризис смысла, что ли. Тогда тоже ожесточаются «низовые» окончания букв в строке. Очень часто виной тому — проблемы в семье, где в силу каких-то причин не повоюешь. Либо — реакция на комплекс зависимости от кого-то. Опытный графолог может извлечь подчас глубоко припрятанную тайну личности.

В любом случае заостренные палки вместо букв «м», «н», «т», «ш» — сигнал весьма серьезный и им никогда не стоит пренебрегать. Перед вами личность, лишенная внутреннего комфорта, и не важно, в силу каких причин, если это уже коснулось сферы двигательных актов (почерка), т. е. причина внутреннего конфликта подсознательно очень и очень глубоко закодирована. Опять же, не забудьте посмотреть жесткость соединения букв (об этом шла речь в самом начале). Как вы понимаете, догматичность (ригидность) и агрессивность усиливают друг друга, превращая человека в некое подобие озабоченного автомата. Вы их всегда узнаете среди прохожих: даже в предпраздничный день лицо насупленное, глаза сконцентрированы, губы плотно сжаты; не идет, а шагает; с юмором туговато, а переключаться может только «на тему», т. е. из нее (темы) никогда и не выходит.

Встречается вариант, когда при всей «жесткости» и «остроте» строчных букв «переходники» между этими буквами явно ослаблены (рис. 5.7).

Рис. 5.7

Что же, в таком случае есть шанс добиться от человека постепенного развития подвижности и мобильности не только в погоне за должностями, но и в системе индивидуального мировоззрения.

Ну а какой же почерк по рассматриваемому параметру оптимален? Если вы так же, как и я, имеете в виду интеллектуальную подвижность и поведенческую адаптивность безо всяких там комплексов и «нагрузов», то: мягким в нажиме и гибко сцепленным. Еще — вариационным. Начнем расшифровывать с последнего. Под вариационностью (или еще — вариативностью, от лат. variatio — изменение) почерка в данном случае понимается изменчивость написания одних и тех же букв. Здесь речь идет о незначительной вариационности, т. е. такой, которая не сразу бросается в глаза, и для неграфолога почерк кажется обычным или «нормальным». Вот как раз эта «нормальная изменчивость» и имеется в виду. Такой почерк «живой», он как бы «дышит», в нем нет напряжения и закоснелости форм (рис. 5.8).

Рис. 5.8

У кого хорошо развита образность восприятия, без особого труда смогут почувствовать «свободу руки» пишущего. Вариационность букв — непременное условие наличия адаптивных способностей у тестируемого индивидуума. Объяснения, видимо, излишни: изменчивость и есть предпосылка к адаптации. Здесь я не разделяю адаптивность интеллектуальную и поведенческую. Хитрость — это изнанка ума и нажитого опыта. Одного лишь опыта для хитрости маловато, что нынче можно наблюдать сплошь да рядом: обман «в наглую», «наезд», «проброс» — это характерно для диктата скорее сильного, нежели хитрого.

Однако адаптивность — это не только приспосабливаемость, но и живая непосредственность в реагировании на внешние стимулы. Как раз то, что нужно для PR-овских мероприятий в какой бы то ни было сфере бизнеса. Еще один плюс «изменчивого» почерка — способность индивида к переобучению или, что точнее, — к непрерывному самообучению. В век высоких технологий это понадежнее пенсионного полиса. Если вы не хотите штыковой атаки на нововведения — не подбирайте себе сотрудников, которые прописывают буквы, словно вырубают их топором — сильно, уверенно и… навечно. Как надгробие (повремени, Господи).

И непременно обратите внимание на «заостренность» строчных букв: если таковая бросается в глаза, то вы столкнулись с очень хорошим и жестким «тактиком», который рано или поздно попытается обыграть и «самого». Вообще, изменчивые, но «заостренные» буквы — весьма опасный признак, ибо может характеризовать человека, для которого жизненные принципы — не более чем инструменты, впрочем, как и люди вокруг.

Антипод описанного выше отношения к миру — «мягкий» почерк со слегка вариационными буквами. «Мягкость» верхушек строчных букв еще можно представить как покатость (рис. 5.9).

Рис. 5.9

Если вы дома и на работе окружены людьми, чей почерк «плавный, как спокойная река», то можете быть спокойны за вашу нервную систему и душевный комфорт. «Мягкий» профиль букв всегда выдает способность сопереживать и чувствовать окружающий мир. Чем плотнее вокруг человека кольцо из стали, бетона и думающих микросхем, тем острее он осознает нехватку этого самого сопереживания. Чувствовать человека — совсем не значит вооружаться до зубов модными нынче НЛП-технологиями. Одним словом, смело отдавайте предпочтение «мягкости» в почерке и открытой улыбке вместо навороченных спецприемов «как надо быть». И тогда на уютный огонек вашей фирмы неизбежно потянутся потенциальные заказчики. Отзывчивость — она ведь стоит большего, нежели «качественно» и «дорого».

Говоря о вариационности строчных букв, мы невольно забыли о втором факторе «нормального» почерка: его мобильности. Если больше нравится, можете применять термин — «подвижность». Суть одна и та же, а именно: буквы в слова «сцеплены» очень гибко, так сказать, полураздельно (рис. 5.10).

Рис. 5.10

Вы видите, что некоторые буквы в словах соединены, но большинство — нет. К тому же соединяющие элементы между буквами в словах также достаточно «мягки» и вариационны. Перед вами в действительности — «живая» картина рождения слова на бумаге. Почему мы считаем полугибкий вариант наиболее оптимальным? Вероятнее всего, исходя из законов жизненной практики: гибкость и маневр в сочетании с нужной долей крепости всегда предпочтительнее тактики «сплошной массой». Монолитные греческие фаланги и рыцарские ромбовидные «свиньи» одинаково потерпели сокрушительное поражение. Как и твердолобая армия «рывка» Паулюса. Примеров более чем достаточно. Люди с «жестким» стилем почерка потенциально могут очень далеко зайти, но вряд ли у них останется шанс вернуться целыми и невредимыми.

Полужесткое гибкое сцепление букв в словах — своего рода «договор» букв стать именно этим словом, а практика бизнеса подтверждает, что лишь честность и равноправие договора может служить крепчайшей основой ведения дел! В мягком, но уверенном нажиме почерка пишущего — способность настоять на своем при минимальном возбуждении агрессии со стороны внешней среды.

Внимание! Если нажим явно ослаблен — тревожный сигнал о снижении в человеке внутренней энергии. При этом резко возрастает опасность компромисса со средой не в пользу индивида. Извечная болезнь чувствующих, добрых, но не сильных духом индивидуумов. Если практически все буквы в словах разъединены и нажим все так же ослаблен — мы имеем дело уже с необязательностью, происхождение которой в отсутствии системности, волевой работоспособности и, возможно, — неуверенности, боязни. В последнем случае — обязательно обратите внимание на форму отростков букв «д» и «р».

Если раздельность и вариационность букв такова, что, характеризуя их, уместно применить слово «развал», то мы имеем куда более серьезный случай, но об этом — позже.

Довольно часто можно встретить почерк, в котором сильный нажим, но при этом все буквы пишутся абсолютно раздельно. Подобная манера написания характерна для людей с явным преобладанием логики над эмоциями. Можно их определить и в более современной терминологии как умеющих позиционировать себя и дело, которым занимаются. Для них очень характерна предельная отточенность суждений и поступков, а также системность подхода и дискретность (лат. discretus — состоящий из отдельных частей) мышления, то бишь в современной терминологии — хорошая операционность или алгоритмичность.

Спору нет, все перечисленные выше качества в век глобальных информационных потоков не только могут, но и кормят человека, ими обладающего. Функционально структурировать всех и вся — непременное условие успешной деятельности менеджера-управленца. Плюсов много, ну а минус возможен лишь один — опасность рассечения индивидом самого себя на автономные блоки, когда, к примеру, те же чувства и эмоции включаются по установке, то бишь команде. Так закладываются первокирпичики «мира Матрицы», а попросту говоря — это шизофренический «уход». Его легким намеком служит так называемый почерк чертежника, в котором все буквы написаны (!) печатным (!) шрифтом (рис. 5.11).

Рис. 5.11

Внимание! Речь идет об обыденном стиле написания (например, записки, дневника, письма), а не листов с технической калькуляцией! Поэтому об артефакте (от лат. arte — искусственно, factus — сделанный) почерков людей чертежно-инженерного профиля следует помнить постоянно. Впрочем, среди инженеров-управленцев достаточно много встречается тех, кто за «железом» людей уже не видит. Не удивляйтесь, но среди музыкантов и певцов также встречаются индивиды с явно «шизофреническим»[1] почерком.

Есть еще одна нетехническая причина предпочтения индивидом печатного почерка в его сугубо рукописном тексте. Это — блок, самозащита, «уход» от сложностей и проблем, которые выставляет внешний мир. Классическая защита по принципу тотальной рационализации: построить для себя систему правил и за нее удобно спрятаться. Вместо опаленного реальной жизнью ринга — надуманные коридоры компьютерной «бродилки», где всегда дается шанс на карт-бланш (от фр. carte blanche — неограниченное полномочие; ранее — чистый бланк, подписанный лицом, предоставляющим другому лицу право заполнить этот бланк текстом). Или, как любил говорить мсье Паниковский в случаях полного провала проводимой им политики: «Я вас презираю!» Пожелаем читателям принимать и любить этот мир, преобразовывая его только к лучшему!

Глава 6. ПИШУЩИЕ ВСПЯТЬ… (О фрондерстве, лидерстве и пр.)

Не гони волну!

К.Прутков. Уцелевшим после реформ Наклоны и поклоны бывают разные

Обычно почерк у человека имеет ту или иную степень наклона. Для правшей — вправо, для левшей — влево. Это — норма. Наклон вправо (для левшей аналогично, повторимся, влево) естественно-причинен: рука как бы бежит в будущее, поспевая за мыслью. Последняя, равно как и предваряющие ее психомоторные процессы, может только начаться в настоящем, заканчивается она в будущем. Мысль — мостик во времени. Сильно, и не мною первым, сказано. С точки зрения практикующего графолога наклон почерка есть индикатор течения субъективного времени человека. Пояснения? Ну, все мы под едиными квантовыми часами переживаем отмерянные судьбой секунды и минуты по-разному: а) кто уж очень быстро и бурно; б) кто с небольшим опережением; в) а кто и с невозмутимым запаздыванием. С времен глубокой древности первых прозвали «холериками», вторых — «сангвиниками», третьих — «флегматиками». Есть еще особый психологический тип: «меланхолики», они, в отличие от предыдущих, крайне зависимы от времени, болезненно реагируют на него и пребывают в вечном смятении.

Итак, как это все связано с наклоном почерка?

Вариант первый. Почерк настолько наклонен вправо (т. е. по ходу движения руки), что кажется, буквы вот-вот, как по системе «домино», упадут на линейную строку (рис. 6.1).

Рис. 6.1

Пример не случайно изображен в сетке координат. Так выигрывает и точность, и наглядность графологического подхода. В данном случае наклон почерка будет составлять от 45 градусов и меньше. Характерная особенность: такой почерк, как правило, может заметно увеличить наклон к концу строки (т. е. буквы еще сильнее «упадут» на линию строки). У профессиональных бегунов есть одно хитрое правило: когда бежишь под гору или когда нет сил — нужно увеличить наклон тела и теперь, чтобы не упасть, тебе волей-неволей придется сделать очередной шаг. Точно так же и рука пишущего: мысли и чувства давно уже оторвались от «базиса», они бегут, обгоняя друг дружку, и, чтобы не упасть и не остановиться, — увеличивают наклон. «Непрерывно падающие» — можно было бы их так назвать, и не только в образном смысле. «Жить по закладным» — это уже ближе к бизнесу, не правда ли? Алчущие «призрачного Эльдорадо» или спутавшие глас Божий с обычной интроспекцией (лат. introspectare — смотреть внутрь, самонаблюдение) — не все ли равно, из-за чего рванул и перервал пуповину с «сегодняшним». Важно, что в «здесь и теперь» его уже нет и вихрем призрачности своего будущего такой человек может увлечь многих.

В этом, бесспорно, есть свои плюсы и минусы. Если вам нужны «толкачи» вашего приунывшего предприятия, то люди с резко наклоненным почерком — в самый раз. Главное — их убедить или поставить перед отсутствием выбора. Уверовав (по нужде или добровольно, не суть важно), они преобразуют иллюзию в свою внутреннюю реальность — и тогда держитесь все! Мир жесток и несправедлив — такие люди в первых рядах рвут окопные заграждения, но их имена так и не становятся достоянием «будущего завтра». Они убегают не только от самих себя (кстати, главная причина скорости!), не только от оцепивших их проблем, они умудряются убежать и от того «завтрашнего»! Потому что вряд ли оно у них когда-нибудь наступит. Они ничуть не похожи на «неуловимого Джо», ибо проделывают шумные проломы и изрядно всех утомляют своей «заряженностью». Их не остановишь, но можно в меру сил скорректировать.

Да, усиление наклона почерка к концу строки усиливает вышеизложенный «симптом». Увлекшись, такие люди уже не могут остановиться. Недопитая бутылка также, видимо, — история не из их романа. Их безудержная увлеченность — обратная сторона такого же безудержного отчаяния. Им впору заиметь страховой полис — для оплаты реаниматоров. Знаете, «бег во времени» изрядно изнашивает организм. И всегда преждевременно. Так сказать, плата за интенсив.

Какие могут быть плюсы? Все те же. Отличные PR-овские акции, мощнейший побудительный импульс. Прорыв, в который никто не верил, в конце концов! Опять же, нет никакого «загруза», а точнее, возврата к прошлому. Нет ничего такого, чего нельзя бросить в топку для поддержания давления внутреннего «пара». Согласитесь, иногда это качество характера крепко выручало. Не в смысле «наш паровоз вперед летит…», а — прорваться, уйти и — уцелеть. «Дуракам везет» — это уже зависть чрезмерно рефлексирующих, зависть чуточку опоздавших или наполовину высунувшихся. Увы, абсолютных рецептов счастья не существует. Есть лишь некоторые приметы его достижения.

Итак, подведем краткий итог: если вам нужен увлеченный и легко увлекающийся вашими идеями работник, то скорее всего это тот, кто пишет свои служебные записки с явно выраженным наклоном вправо (или влево, если прирожденный и непереученный левша). Присмотритесь к нижним отросткам «д», «р»; верхним — «в», и — вперед с командой, которая не сможет остановиться, даже если вы вдруг передумаете.

Вариант второй: почерк строго перпендикулярен к строке, как вертикальная ось координатной сетки, как прямой угол, как колышки в заборе, выставленные строго по отвесу. Представили картинку? Выглядит это примерно так, как приведено на рис. 6.2.

Рис. 6.2

Забегая несколько вперед, скажу сразу: одного такого субъекта в команде можно оставить, даже нужно, остальных — гнать в шею. Если не в шею, то куда-нибудь подальше от коллектива, на чердачную мансарду офиса, например, а еще лучше — методом «аутсорсинга» перевести на внешнюю орбиту деятельности вашей фирмы. Такая категоричность имеет под собой веские причины. Судите сами. Люди с явно выраженной вертикальной постановкой почерка:

а) независимы, осторожны и очень критичны;

б) страдают повышенным самомнением и гипертрофированным честолюбием (мегаломания в чистом виде);

в) упрямы и заносчивы;

г) лишены той толики сопереживания к другим, которая делает комфортной межличностную коммуникацию;

д) дистанциируются и занимают агрессивно атакующую позицию при первых же попытках вторгнуться в их личностную зону.

Вряд ли именно такого работника вы ищете по городу днем с фонарем. Скорее всего, столь выраженная невовлеченность в окружающие процессы общечеловеческого бытия может сослужить плохую службу и самому индивиду, если, конечно, он сознательно и нарочно не избрал подобную жизненную позицию. Упрямо выстоять и пережить события эдаким угрюмым северным утесом иногда удается. В атаке такие люди также работают методично и неотвратимо, они не ждут молниеносного успеха, но и блиц-поражение вряд ли их сломает. Добавьте сюда невозмутимость, порожденную недоверием к любому внешнему воздействию.

Кстати, вы заметили, как часто пришлось использовать отрицательную частицу «не» в описании характера человека с вертикальной постановкой почерка? И по образу, и по стилю действия такие индивиды вправе получить прозвище «господин «Нет». «Да» — только в том случае, если вы безоговорочно капитулируете перед их величием, чтобы затем под их сенью с благоговением… Достаточно! Остановитесь и терпеливо подождите, когда сей «утес» самолично пойдет вам навстречу. Знаете, если Магомет не идет к горе… Одним словом, в подлунном мире нет ничего неприступного и незыблемого навеки.

Против градиента

Левый наклон у правшей, а точнее, у тех, кто пишет справа налево (в арабо-семитских странах — слева направо) — явный нонсенс, нотабене для графолога. С чего это вдруг рука пишущего выводит строчки или отдельные слова, фрагменты, словно пятясь задом наперед? Стремительно вниз по лестнице, бегущей наверх? Или — не важно куда, лишь бы вопреки? По-видимому, в каждом человеке заложен соблазн поступить не так, как все, или сделать не так, как всегда. Свойство, глубоко присущее человеческой натуре (во всяком случае у нашей прародительницы Евы оно было ярко выражено, да еще с легким налетом вредности — изгнали ведь). Рискнем предположить, что «настоящий оппозиционер» (лат. oppositio — противоположение) генетически пошел в праматушку (Адам-отец представлял всего лишь соглашательскую сторону) и противостоять чему-нибудь для него — первейшее удовольствие, а не некий прагматический расчет или утилитарный торг. Такие жизнеобиходные понятия, как «вредность» и «пакостничество», очень тонко оттеняют эту бессеребренническую часть мотивации делать или поступать вопреки. Мы отнюдь не иронизируем: среди любителей временами прописать словцо в обратном наклоне «пай-кисок» встречать не приходилось. Это легко доказать, если принять в расчет то, что обратный наклон букв выражает внутреннюю, зачастую подсознательную оппозицию пишущего не только по отношению к внешнему окружению, но прежде всего — по отношению к самому себе.

«Вредность» — не что иное, как спроецированное вовне недовольство самим собой. «Контрреволюция» пишущей руки есть явное проявление личностной самоконфликтности, внутренней несогласованности, в конце концов — вскрытого действием деструктивного потенциала. Сложившуюся подобным образом личностную ориентацию можно вправе назвать «антипозитивизмом». Конечно, отрицая любой миропорядок, а вместе с ним и какую-то часть самого себя, можно достичь многого, но никогда не достичь спасительного душевного комфорта.

При анализе почерка с обратным наклоном следует особо обращать внимание на частоту его встречаемости и характер фрагментарности. Рассмотрим наиболее типичные случаи.

В обратный наклон вовлечены отдельные буквы и фрагменты слов (рис 6.3).

Рис. 6.3

Это говорит об одном из самых плохих психодиагнозов. Индивид однозначно утратил целостную мотивированность поведения, а проще говоря, он вполне способен на различные мелкие гадости и подлости. Хуже всего, что человек прекрасно осознает в себе эти далекие от благородства черты характера, но тем не менее смирился, ужился с ними. Жизнь по принципу: «если не верите, что я такой плохой — то убедитесь». Доверчивые всегда находятся. Чаще всего их подкупает слегка наигранная бравада и фрондерство, нередко приправленные изрядной долей цинизма. Впрочем, нынешний жесткий век не взращивает «кисейных барышень», поэтому учуять возможный подвох в партнере нынче — дело святое.

Вы уже поняли: нельзя ставить на людей, у которых почему-то отдельные буквы или части слов «вываливаются» из общего наклона! И не важно, какие могут быть тому объяснения: не пошло дело, возникли неожиданные трудности и т. д. Просто подточен изнутри сам человек. Агрессивным неверием в самого себя и в свои действия. Кстати, все начинается с необязательности, с явной деградации общечеловеческой и профессиональной чести, и уж затем в целях маскировки вырабатывается броский стиль «а мне и море по колено». Утонет, подлец, в первом серьезном прибое. И дай-то Бог, чтобы сам, а не потянул за собой компанию.

Достаточно серьезно будет отличаться графологическая психохарактеристика, если вы столкнетесь с тенденцией индивида широко и уверенно прописывать целые строки и даже блоки строк стабильно-уверенным левым наклоном. Степень обратного наклона, скажем так, в пределах «разумного». Вот иллюстрация (рис. 6.4):

Рис. 6.4

(Здесь намеренно использована схематизация, чтобы подчеркнуть: изменение наклона — явление глобальное в масштабах почерка и сравнительно мало зависит от конкретики букв и отдельных слов. Впрочем, последнее не стоит никогда игнорировать, ведь смысловое значение «обратимого» слова может многое добавить). Люди, у которых проявляется тенденция к устойчивому обратному наклону, — явно прирожденные «фрондеры». Им на роду написано идти против всего устоявшегося, получая при этом если не социальный дивиденд (как же, оппозиционер!), то, несомненно, моральное удовлетворение. «Конформистам», «службистам» и «корпоративистам» трудно представить меру удовольствия, когда «один против всех», но таковое встречается и тут уж ничего не поделаешь. Как ни странно, тщательно сохраняемый эволюцией механизм выживания — а вдруг вся рота строго в ногу марширует прямо в пропасть! Кто-то ведь должен уцелеть. Поэтому в качестве реальной альтернативы единогласному выбору стратегической инициативы такие оригиналы ой как полезны! Но не на марше, когда уже отдан приказ — спрячьте такого работника подальше и понадежнее. Ну а если вам уже невмоготу вызывающее ехидство под боком — подкиньте «подарочек судьбы» конкуренту, авось сыграет роль троянского коня.

А если серьезно, то люди с обратным наклоном всегда обидчивы и злопамятны, к тому же упрямы и настойчивы — прогноз для комфортного и безопасного сотрудничества более нежели неблагоприятный. Впрочем, если у вас хватит терпения немного подыгрывать петушиному норову «фрондера», то, скорее всего, вы сможете от него взять гораздо больше, чем он предполагал отдать. Проверять таким лбом крепость любой системы весьма эффективно.

Кроме того, «идущие супротив» не нуждаются в сигналах одобрительной поддержки не только сверху, но и снизу. Понятно, у нас найти начальников, которым глубоко безразличен вверенный им коллектив, — без труда, только позови. Впрочем, не только начальников, равнодушных слишком много развелось — слишком долго и старательно разводили. Но вот чтобы и «сверху» супротив — таких не густо. Руководство всегда предпочитало узнавать все про себя от подрастающей смены подхалимов. Комфортно и безопасно. Зато в периоды крутого реформирования «обратно наклонные» отлично выполнят функцию «твердолобых» и «железнобоких» (последние — личная конная гвардия Оливера Кромвеля). Отрицательная эмоциональная реакция среды для таких — положительный стимул для расширения своей экспансии. Безусловно, намек нигилизма и «энергетического вампиризма» здесь налицо. Однако ментальность «камикадзе» им все же приписывать не стоит: вредность отнюдь не предполагает самоликвидацию «вредителя», а скорее наоборот — определенную выгоду, не правда ли?

* * *

«Развал» личности — это развал личностной структуры и системности, ликвидация личностной потенции и крушение всех надежд. Предпоследняя стадия, предваряющая полный «развал», характеризуется выраженным противопоставлением индивида окружающему миру по типу «пошли вы все…» Однако распад связующих личностных элементов настолько силен, что не удивительно, когда через минуту тот же «человек» начнет горько каяться или просить прощения. Но не получив своего, опять перейдет к агрессивно-истероидному «посыланию»… Искры собственной значимости при этом раздуются до пламени. Сие печально есть… Вот графологическая иллюстрация, чтобы вам пореже приходилось «нагружаться» подобными человеческими «руинами» (рис. 6.5а-в).

Рис. 6.5а Рис. 6.5б Рис. 6.5в

Расшифруем: рис. 6.5а — плохо соединенные буквы в слова (точь-в-точь как одежда на настоящем, а не «опереточном», для заработка бомже; рис. 6.5б — непроизвольно резкие, импульсивно-хаотичные движения пишущей руки; рис. 6.5в — различные наклоны букв в одном слове.

В пылу разбора «аномальностей» человеческой натуры мы едва не позабыли о золотой середине «нормальности» наклона в почерке. Это устойчивый и сравнительно небольшой наклон вправо (рис. 6.6).

Рис. 6.6

Именно такая величина угла наклона вправо указывает на устойчивое устремление индивида в будущее (т. е. позитив) и при этом исключается уход в «нереализованную перспективность», но зато в активе — точно дозированное оперативное опережение времени и событий. Действительно, наиболее оптимальный вариант для человека — успевать предугадывать ближайшие события, т. е. не опаздывая и не забегая слишком наперед: а вдруг дальняя стратегия окажется пустозатратной фантазией. Впрочем, рецепт идеального счастья, кажется, еще не изобрели. Может, поэтому стремительно рвущиеся вперед (сильный наклон почерка вправо) гораздо чаще оставляют след в памяти потомков.

* * *

Отдельный аспект — отклонение строки почерка от горизонтальной оси. О чем идет речь, понятно: у некоторых людей строчки упрямо ползут вверх (рис. 6.7а), в то время как у других с такой же закономерностью — вниз (рис. 6.7б).

Рис. 6.7а Рис. 6.7б

О первых традиционно (в графологии) принято судить как об уверенных оптимистах, вторые — соответственно их антиподы-пессимисты, у которых от неверия в успех опускаются руки. Реалисты и прагматики по натуре даже на нелинованной бумаге привычно пишут горизонтально ровные строчки, не увлекаясь понапрасну, но и не падая духом.

Добавим еще несколько примечательных нюансов. Короткий, но активный подъем в начале строки (рис. 6.8.) свидетельствует о легко активизирующемся индивидууме, для которого загореться новой идеей — дело нетрудное, поскольку натура у него такая — уверенноувлекающаяся. Вопрос — как надолго хватит запала. А для уверенности в прогнозе стоит посмотреть окончание строки — нет ли, случаем, ее падения, как, например, на рис. 6.9?

Рис. 6.8 Рис. 6.9

Не совсем приятный оборот, поскольку конец любого дела, как известно, — его венец, а тут чем ближе цель, тем меньше веры и оптимизма. Такое случается у индивидов с глубоко «всаженным» комплексом неверия в свои силы и удачу. Перед финалом они больше всего комплексуют и… закономерно проигрывают.

Встречается также «параболический» эффект строки. Выпуклый, когда у человека активный прорыв в деле, но ресурсов хватает лишь до середины (рис. 6.10а):

Рис. 6.10а

Точь-в-точь, как было с германским вермахтом: развивают успех, но удержать не могут, не тот потенциал.

И вот параболически-вогнутый, как на рис. 6.10б:

Рис. 6.10б

Здесь хуже всего дела идут в текущем ритме, зато начало — с размахом, а финал — с неизбежной штурмовщиной. Хоть за волосы, но вытащить самого себя из болота, куда сам и полез. Все по формуле: активность, уныние, встряска. Ну а в итоге причина одна: изначально переоцененные возможности. Как и с вариантом на рис. 6.10а.

Индексом самоуверенной активности (можно иначе: стартовой напористости) служит угол подъема (крутизна) строки в самом ее начале (рис. 6.11а, б).

Рис. 6.11а Рис. 6.11б

Человеку всегда присущи надежда и вера в успех его начинаний, плюс вначале наблюдается некоторый переизбыток сил. Вот и хочется рвануть, чтобы позаметнее и побыстрее. Только умудренные опытом бойцы никогда не спешат выкладываться в самом начале марша: жизнь покажет, что и как… И если у первых (рис. 6.11а) при получении долгожданного приказа на лице оптимизм и рвение гончей, то у вторых (рис. 6.11б) — сдержанная деловитость. Почерк у них ровный, «энергетически» устремленный вперед, ну а в пространственном выражении едва заметно приподнимающийся над срединной линией. О таких обычно говорят: они готовы к неожиданностям в пути, но и лишнего на себя не возьмут. Проиллюстрируем наши замечания.

Циклотимики — акцентуированные личности, у которых бурная радость может внезапно смениться глубокой печалью. Профиль почерка у них соответственно также волнообразный, с выраженными «впадинами» и «подъемами» (рис. 6.12):

Рис. 6.12

Смены пессимистических (вниз) и оптимистических (вверх) фаз в прямом смысле отражают неустойчивое эмоционально-волевое состояние индивида. С такими, знаете, не скучно. А точнее, некогда жить, так как постоянно оглядываешься: как там у них?

Нередко встречается почерк, когда слова расположены вдоль линии строки эдакой «гребенкой» (рис. 6.13а):

Рис. 6.13а

При таком стиле написания начало слова на линии оси, а концовка его непроизвольно задирается вверх. Обычно так пишут самоуверенно-задиристые особы, которых так и тянет прыгнуть выше своей… головы. Получив законно по носу, они не долго помнят взбучку. Буквально до следующего побудительного импульса во что-нибудь вляпаться. Их обещания советуем сразу уменьшать раза в полтора-два, а если еще и оградить себя от совместных экспромтов… Зачем вам, в самом деле, разделять их фатум неудачливости? Зачем подписываться под обещаниями, заведомо невыполнимыми?

Вариант обратного наклона слов-«гребешков» (рис. 6.13б) также может вам встретится.

Рис. 6.13б

Что здесь можно сказать? Если у человека не хватает энергии удержать «на плаву» даже отдельное слово и оно заваливается вниз… Короче, плохи дела. Пессимизм, как ржавчина, давно уже разъел его способность держать удары судьбы. Обидно, что даже мелкие неурядицы могут вогнать такого человека в тоскливое нерабочее состояние. Вы любите жизнь? Тогда меняйте компанию.

Глава 7. ОНТОЛОГИ-«Я», А ТАКЖЕ МАРКЕРЫ ПРОЧЕГО…

Вы хотите знать подробности?… Тогда разрешите полюбопытствовать, насколько вы осведомлены об основном?

К.Прутков. Записки о светских проказах

Вначале немного о пробелах, абзацах и прочих маргинальных пространствах вокруг почерка (лат. margo — край, поля письма или делового документа; маргиналии — пометки на полях текста; могут быть также «боковые» заголовки). Заметьте, каждый отступает от края нелинованного листа по-своему (в неофициальных, естественно, случаях). Точно так же своеобразен и конец строки — имеется в виду длина остаточного пробела. И если начальный отступ постоянно подравнивается (хотя и дрейфует, иногда заметно), то пробелы в окончании строки весьма и весьма вариационны. Право, иногда стоит присмотреться, после каких именно слов «остается еще много бумаги»… Все дело в том, что когда человек находится в подавленном, нерешительном, неуверенном, а то и просто напуганном состоянии, то его рука, помимо заметно ослабленного нажима на буквы, еще всячески будет пытаться «укорачивать» строку, оставляя явно много лишнего пространства в конце, справа (при правостороннем стиле написания). Рука как бы боится подходить близко к краю листа в конце строки и спешит убежать в безопасное начало. Так очень часто поступают маленькие дети, когда начинают проигрывать в азартные игры (шахматы, лото, карты). Они всеми силами стараются оборвать неудачный финал и начать игру сначала.

Соответствующим образом ослабевает и нажим руки, она «уплывает» по воздуху. Чего уж тут настаивать, если неуверен в самом существенном? Одним словом, попросите подчиненного в случае очередного провала или конфликта написать объяснительную: достаточно затем внимательно проследить правый край строчек, чтобы составить объективное мнение, по чьей вине все так произошло…

Ну а если строка почти протыкает обрез листа справа? В таком случае перед вами человек либо а) методичный и упорный, либо б) бережливый и скуповатый. Как вы понимаете, данные характеристики легко могут совмещаться в одном лице, а точнее, в психике человека. Впрочем, скуповатых от методичных вы отличите по общему свойству их почерка максимально занимать всю площадь листа (такие люди страшно любят листочки маленьких форматиков, канцтовары малых объемов словно нарочно придуманы для них!). У скуповатых строка к концу становится все более «плотной», расстояние между буквами заметно ужимается: хочется побольше втиснуть в оставшееся малое пространство. Ну а «методисты» в противовес «скуповатым» пишут в стиле размеренного хода верблюда под поклажей: расстояния никуда не убегут и пространство нужно так или иначе преодолеть. Равномерно распределяя усилия и не увиливая с пути.

Когда хочется втиснуть побольше, то в самом конце строка не только заметно уплотняется, но и норовит иногда уползти либо вверх, либо вниз. Все зависит от пессимизма/оптимизма пишущего, иначе говоря — веры в успех начатого дела.

Весьма определенную информацию о человеке можно извлечь также из того, как он начинает новую строку. Вначале посмотрите на ширину отступа. Люди повышенной мнительности долго не решаются начать, они мнутся и всячески пролонгируют подготовительную фазу. В итоге даже безобидную строку рука начинает выводить без нажима вначале и с некоторым опозданием. Отсюда — увеличенные пробелы с левой стороны (для правопишущих). Аналогично увеличены и абзацные отступы.

Впрочем, есть еще один психологический типаж, который очень любит длинные отступы слева. Это — личности с повышенным самомнением, т. е. те, кто о самих себе и своих начинаниях думают только с «большой буквы». Естественно, что сие рука прилежно и выводит. Отличить их от психастеников (людей сомневающихся в своих силах и мнительных) не сложно и прежде всего по наличию украшательных элементов в начальной букве «красной» строки. Нажим также будет достаточно уверенный и выразительный. Начало строчки как бы говорит за хозяина: полюбуйтесь на меня, умиляйтесь мною, цените меня!

Психастеник в аналогичном случае пытается выставить себя в противоположном ракурсе: «все ли учтено, не грозит ли опасность, может стоит еще обождать?» Хотя… бывают случаи, когда неуверенность в собственных силах прячется под напускной демонстративностью. Как, спросите, быть тогда? Внимательно проанализируйте отростки букв «р» и «д». Мимикрирующие под сильных личностей психастеники не умеют их подделывать.

* * *

Графологический анализ буквы «о» (и сопутствующих ей «кругляшков» букв «в», «д», «ф», «а») целесообразно рассматривать именно в конце курса. Причиной тому — значимость информации, которая неизбежно «затирается» при механической подаче по типу «а еще вот… и т. д.» Может, поначалу кому-то все изложенное ниже и покажется не столь уж актуальным, но время, опыт и практическое применение полученной информации обязательно их переубедят.

Итак, буква «о» абсолютно «холическая» по своей природе, а потому в почерке отвечает за самое что ни есть главное — онтологию индивида. Станет понятнее, если древнегреческий термин «холичность» (holos) заменить адекватным «целостность» (лат. cella — комната, келья, клетка). Слово «онтология» каждый понимает по-своему (экзамены по философии с привкусом не умирающего марксизма-ленинизма в вузах еще никто не отменил), но в данном случае — это «онтология индивида», т. е. изучение его сущности, некой первоосновы, базисности личности, если хотите. «Индивидуальную онтологичность» можно заменить понятием «аура». Ну а целостность личности, она и есть целостность, или холичность (уж больно полюбилось последнее слово продвинутым тренинг-инструкторам). Целостный человек — тот, у которого жизненный опыт, чувства, интеллект, мотивации и поведение работают в единстве, как одно целое, как команда. Увы, в наше время роскошь дорогостоящая и многим непозволительная. Целостность человека — это сохранение им своего изначального «я» и движение в сторону максимальной самореализации. В практическом плане такой человек полностью отвечает за свои действия и уверен в том, чего действительно добивается. Казалось бы, не много, но сколько несчастных механически выполняют одну лишь программу — существовать. Сколько уныло бредущих по чужой тропе в нестройном хоре шарканья ног, так и не осмелившихся ступить на обочину, чтобы оглядеться. Быть целостным — значит, иметь потенции драться и жить, а при попадании в тупик — способность прямо спросить себя: «Кто я и почему здесь?»

Кругляшек буквы «о» — словно первородное яйцо, которым умельцы выкатывают от болезней и сглаза, и еще — охранный овал, внутри которого пульсирует жизнь и накапливается сила. Упорная, проникающая и преобразующая сила отростка «д» и «в» — в их окружности, из которой и черпается не только энергия, но и изначальная программа выдвижения. То же самое можно сказать и о букве «ф»: два синхронизированных в пространстве и времени «кругляша» создают необычной силы отросток. Буква «ф» — взрывная, буквально «фыркающая», и у нее нет равных по мощности «разрядки» благодаря наличию двух (а не одного!) округлых «конденсаторов-накопителей». Всепожирающий и всепоглощающий в адском пламени фтор (гр. phthoros — гибель) — вот сконцентрированное жало сдвоенных колец! В то же время информационно-программная, а не только энергетическая, составляющая окружности «о» как нельзя лучше проявляются в букве «а». Ведь «а» — геометрически это не что иное, как вступивший во взаимодействие «кругляшек» «о»: «о» => «а». «Аз» — начало всему, первый вдох алфавита. Сказавший «аз» потом сделает выдох «буки».

Буква «о» в «норме» должна представлять собой замкнутый овал, это кажется очевидным. Люди с такой буквой «о» обладают нерассеченной энергетикой и отличаются целостностью натуры. Однако, достаточно часто встречаются разрывы овала буквы «о». Это означает, что в данный конкретный период у человека происходит в той или иной степени «утечка» или выход энергетического потенциала. Вот только для каких целей? Проанализируйте, где произошел разрыв окружности и какова форма написания буквы. Приведем несколько примеров.

Разрыв в левой верхней части буквы «о» с некоторым завитком внутрь (рис. 7.1). У такого человека явно было много проблем в прошлом, он внутри себя весьма серьезно комплексует по поводу своих возможностей и достижений. И слишком много тратит энергии на доказательства самому себе, что еще способен… Иными словами, невротическая личность, у которой много сил уходит на борьбу с собственными тенями.

Рис. 7.1

Разрыв овала в верхней правой части (рис. 7.2). Так часто пишут букву «о» личности, которые ради успеха в жизни готовы даже заложить свою душу. Они жертвуют целостностью личности во имя будущих дивидендов. Чем-то напоминает продажу души за вагон сахару. Блеск призрачного счастья отнимает у них разум. Будущее еще не наступило, но оно ежесекундно пожирает их энергию. Хорошие бойцы, но умирают на полдороги, за суетой так и не увидев настоящей перспективы. Впрочем, дел всяких успеют переделать и наделать. Чего-чего, а в пассивной созерцательности их не упрекнешь.

Рис. 7.2

Разрыв буквы «о» строго вверх (рис. 7.3): амбициозность и неуемное желание видеть себя преуспевающим, не считаясь с затратами. Нереализованный комплекс индивидуального могущества вплоть до болезненной формы харизматичности. Экспансивно-навязчивая форма «явления миру самого себя». Неумение достичь глубины в чем бы то ни было, поспешность и заангажированность устремлений. Настоящая зрелость к таким людям в самом буквальном смысле так никогда и не придет. Легкий, а порой и вредноватый «сквозняк» вместо одной, но стоящей бури…

Рис. 7.3

Весьма редкий, но все же встречающийся вариант написания буквы «о» — с разрывом овала внизу (рис. 7.4). Своего рода нонсенс, поскольку энергия разрыва направлена вниз, на собственный базис личности. Недовольство собой, неуверенность, стремление отрицать вся и все, эдакий цинизм в панцире черепахи. Одним словом, позитива маловато. Поручив такому коллектив или управление фирмой вы уже больше ничем не рискуете — нечем. Хотя если потрясти «кубышки» виновника, то, видимо, часть своего отыщется. Но лучше не рисковать — человек, который легко перечеркивает свои основы, вряд ли предсказуем относительно судьбы другого. Да и зачем вам «черепаха» в бизнесе?

Рис. 7.4

Как уже говорилось, задача буквы «о» — проецировать целостность индивида. Это как суверенитет страны — есть граница, очерченная территория, на которую со своим уставом не лезь. Поэтому и коммуникатирует буква «о» с остальными литерами строго снаружи — от периметра своей окружности. Или совсем на расстоянии, тогда овал буквы «о» существует как бы особняком. Кстати, уже именно по этому признаку легко определять людей, для которых их дом — «моя крепость». В терминах нейролингвистического программирования мы имеем дело с личностями, для которых невыносимо вторжение в их интимную зону коммуникации и обитания. Их поведение — по образу и подобию кошачьему: предупреждай, когда трогаешь, а то глаза выцарапаю! Вот наиболее типичный стиль написания буквы «о» такими «недотрогами» (рис. 7.5).

Рис. 7.5

У «контактных коммуникаторов» (иначе — «коммуникативных сенсориков») преобладает совершенно иной стиль написания буквы «о» (рис. 7.6), в котором имеются явные соединительные отростки к другим буквам (даже если все буквы написаны раздельно). Как вы понимаете, для сенсориков весьма принципиально войти в тактильный (от лат. tactus — прикосновение) контакт по принципу: не потрогаю — не поверю. Чем четче пририсован соединительный отросток к букве «о», тем активнее в «прикосновениях» субъект. Собственная целостность, впрочем, никак не нарушается. Просто, «возьмемся за руки, друзья…»

Рис. 7.6

Ну а по тому, с какой стороны образован отросток, можно определить еще кое-какие подробности. Так, отросток слева (рис. 7.7) явно акцентирует силу привычек, нажитого опыта и накопленных эмоционально-чувственных образов, состояний. Установочность, ностальгичность, рефлексивность служат своего рода фарватером в проводке будущей стратегии поведения. Короче: я верю и иду навстречу только тому, что пережил и в чем убедился. От себя добавим: не поленитесь внимательно и добросовестно окунуться в нажитое прошлое такого человека, если, конечно, вы заинтересованы во взаимоотношениях с ним.

Рис. 7.7

Если отростки от буквы «о» преобладают справа (рис. 7.8), то человек достаточно легко вовлекается в любое новое дело, новые знакомства и смену впечатлений любит так же, как и собственный комфорт. А главное, он не комплексует по поводу того, «как оно впереди или завтра будет». Чтобы не изводиться, надо разворачиваться всем «еством» в сторону будущего, вот и тянется отросток-проводник от буквы «о» к следующей справа букве.

Рис. 7.8

Заметьте также, что чем короче и мощнее (т. е. хорошо продавлен) отросток справа от буквы «о», тем активнее, что называется, очертя голову, человек бросается навстречу грядущему (рис. 7.9). Иногда такая увлеченная напористость «к будущему» может напоминать локомотив, у которого не предусмотрен «стоп-кран».

Рис. 7.9

Люди осмотрительные и осторожные по натуре никогда не позволяют своей букве «о» опрометчиво цепляться отростком справа за другие буквы. Мало ли что… В таких случаях буква «о» всегда стоит особняком, с минимальным, но все же разрывом от следующих за ней букв (рис. 7.10), так сказать, «отмазанная» (да простят нас читатели, но более современной характеристики здесь не придумаешь). Но лучше сказать — «себе на уме», ведь кажется так издревле народ называл тех, кто умеет не ввязываться во всяческие глупости, даже если их на это подталкивают.

Рис. 7.10

Полнейшей противоположностью таким индивидуумам являются личности, что называется «на программе». И не столь уж важно: семья ли это, гиперидея или уже готовый к употреблению «блок». Ведь, по существу, любая гипермания есть развитие одного какого-то аспекта вопреки всей целостности личности. Помимо развития «чужого» (почти как в одноименном фильме) встречается еще одна веская причина разрушения целостности — самоликвидация. У многих из нас есть определенные претензии недовольства к самим себе, но у некоторых ситуация куда более серьезная: они хотели бы разрушить себя «такого» (или себя «прошлого») и уж потом начать все с нуля, с чистого листа и новой красной строки. А еще бывает разрушение целостности личности вследствие неуемного… нарциссизма. Кто в детстве не хотел разломать любимую игрушку и посмотреть, что там внутри? Наивно полагая, что ее потом можно будет заново собрать и она станет только лучше. В самовлюбленности всегда кроется озабоченность: а вдруг все пройдет? Может, стоит внутри себя что-нибудь «подшаманить», подправить, а то и переделать. Вначале — макияж, затем — мумификация, так что о функциональной целостности речь идти уже не может.

Вы уже поняли: симптомы разные, но диагноз всегда одинаков: вторжение «извне», рассечение целостности «я», дисфункция и постепенное доведение существования личности до набора неких автоматизмов. Пока не «сядут» батарейки. Извините за черный юмор. Следует всегда помнить, что любое «рассечение» целостности «я» — это именно то, что мы называем словом «шизофрения» (гр. schizo — раскалываю (!) + phren — ум). Комментарии, думается, излишни. Управляемый человек в управляемом обществе — столбовая дорога через шизоидность к «Матрице». Помните также о том, что уже «рассеченные» личности всячески пытаются произвести себе подобных в своем окружении, иначе ведь комфорту не бывать. Не гипертрофируйте одну лишь функциональную часть вашего работника, и тогда, может быть, вы не окажетесь однажды в мире «Матриц».

Наш несколько мрачноватый рассказ (а кто сказал, что мир усеян лепестками роз?) попытаемся проиллюстрировать некоторыми уточняющими примерами.

На рис. 7.11 изображен ряд наиболее типичных случаев «перечеркивания» буквы «о». Элемент (палочка, завиток, дуга) внутри буквы и является «чужим». Это та программа, которая работает внутри личности. Степень узурпации выдает частота встречаемости «перечеркнутых» букв «о» в почерке, а также то, насколько хорошо продавлены эти элементы внутри овала «о». Безусловно, можно снять определенную информацию по стилю и графическим нюансам «перечеркивания». Важно при этом помнить, что влево — означает прошлое, опыт, чувственно-эмоциональная память, вправо — наработка будущего, стратегия и планы, низ — базис, основа, подсознание и инстинкты, верх — амбиции, успех, потенция, могущество.

Рис. 7.11

Но наиболее чреват деструктивностью так называемый вариант сплошного или агрессивного перечеркивания буквы «о», когда овал этой буквы словно разрывается внутренними «росчерками», как на рис. 7.12.

Рис. 7.12

А теперь только представьте, сколько нужно накопить внутри себя деструктивной энергии, чтобы даже в мимолетном движении любую органическую целостность пытаться разносить в клочья? К сожалению, война внутри себя с некими чуждыми элементами создает бо-о-ольшие проблемы окружающим. Энергетика разрывов целостности подобной личности — вещь, конечно, притягательная, но по большей части для экстремальных мазохистов. Для остальных мой совет — поберечься.

Помимо буквы «о», подобными «кругляшками» обладают еще буквы «ф», «д», «ю» (у «в» и «а» — свои особенности, о них далее). Так вот, методика психоанализа овально-круглых частей этих букв аналогична анализу буквы «о». Естественно, с учетом их собственной специфики. Так, ударно-взрывная «ф» явно слабеет, когда ее круглые части разомкнуты или плохо соединены с палочкой. Тогда вместо эффективного «Ф-ф-р!» получается жалкое «фи-и». Варианты ослабленной редукции выглядят примерно так, как на рис 7.13.

Рис. 7.13

Нередко у кокетливых особ встречается «виньеточный» вариант прописи этой буквы, как на рис. 7.14.

Рис. 7.14

Ну что здесь можно сказать? Представьте на мгновение боевой танк, у которого вместо пушки — бельевая веревка с «рюшками». Либо позолоченный картонный меч. Чисто «боевая», контрударная буква превратилась в эдакого пахнущего шампунем тявкающего пуделька. Вытеснить энергию звука «эф-ф!» достаточно сложно (т. е. никак ее не изображать графически), но всегда есть выход превратить ее в фарс. Например, в целях личной безопасности и самовосхваления.

Редукция овала буквы «д» диагностирует утрату (или регрессию) несколько иных качеств. Прежде всего утрата энергетического потенциала по реализации задуманного дела. Человек как бы живет «с колес»: что пришло, то тут же и пустили в ход. Резерв накопления отсутствует. С другой стороны, утрачена также целостность подхода к делу, когда загодя взвешенно и максимально проникновенно прорабатываются планы и предстоящая стратегия, т. е. человек действует «одним махом и духом», по установке без должного предчувствия и наития, а также без вовлечения всех личностных арсеналов (опыта, интеллекта, чувств, интуиции). Аргументов, думаю, высказано предостаточно, чтобы не упустить из виду «редукционную» (лат. reducere — приводить обратно, отодвигать назад, снижать) букву «д» (рис. 7.15).

Рис. 7.15

Встречается также вариант с разомкнутым овалом и вычурно пририсованной какой-нибудь «финтифлюшкой», как на рис. 7.16.

Рис. 7.16

В таких случаях можно с уверенностью констатировать позерство и перегруженность делового подхода всякими мелочами, пусть даже и эффектно смотрящимися. Будет много шума, свиста и пара, но когда дело потребует чего-нибудь стоящего, вдруг выявляется слабина в предваряющей подготовке (идеи, планы, материальные и энергетические ресурсы). По ходу разворачивания дело может само собой поправиться, но при этом нужно проанализировать конфигурацию и нажим отростка.

«Кругляшек» буквы «в» диагностируется аналогично только что рассмотренным вариантам буквы «д». С учетом, конечно, того, что буква «в» характеризует способность проникать, внедряться, входить и, вообще, быть или находиться «в…» Изначальный целостный энергетически информационный потенциал для означенных операций содержится в базовой части буквы «в» — ее овале. Если человек очень хочет, но, скорее всего, не сможет — то об этом весьма показательно свидетельствует относительная величина овала буквы «в» (рис. 7.17).

Рис. 7.17

Налицо единственный, но убийственный симптом: проникновение (вторжение) начинается без должной подготовки. Вам из истории это ничего не напоминает? Например, фюрера германцев и его команду? На раскрутке ситуации можно далеко войти, но вот потом выбраться…

Достаточно часто движению к чему-то (во что-то) может помешать не только полное игнорирование подготовительной стадии, но и чрезмерная разбросанность «на все» и невозможность целостно сконцентрироваться на чем-то одном существенном, т. е.: «Так сильно хочу, что дальше некуда». Знаете, встречаются люди, которые постоянно спешат куда-то попасть, с кем-то срочно связаться или войти в дело… Если нет изначальной продуманности, но есть просто желание зацепиться, то буква «в» своим «кругляшом» действительно пытается «войти в контакт» с другой буквой (рис. 7.18).

Рис. 7.18

Если существует жесткая парадигма, некая программа или установка для какого-либо внедрения «в…», то эта буква может приобретать и такой вид, как на рис. 7.19.

Рис. 7.19

Не сомневайтесь, такой индивид временами действует так, как если бы в него действительно вселился «чужой», а точнее «программа чужого». Действия будут целеустремленны, но плохо корректируемые с явной озабоченностью добиться желаемого. На чем, впрочем, можно удачно сыграть.

Ну а какая буква «в» оптимальнее всего (т. е. какой индивид наиболее органично действует)? Тот, кто слегка изменил школьной привычке и прописывает «в» с отчетливым целостным (а значит, энергетически и информационно автономным) овалом, как на рис. 7.20.

Рис. 7.20

Глава 8. «АЗМЪ» ЕСТЬ

У буквы «а», в отличие от буквы «о», есть весьма существенная особенность в предназначении: она есть «азмъ» вместо «онто». Иными словами, «а» представляет собой естественный переход от «о» в плане разворачивания накопленного в «о» потенциала энергии и информации, т. е. «а» изначально контактная и раскрывающаяся. Она — первый шаг в ряду. И чтобы сделать этот шаг, нужно, как минимум, — решение. Буква «а» — это и есть разворачивающаяся в действии мотивация решения. В графическом плане буква «а» представляет собой «о» с отростком вправо, т. е. навстречу будущему, к тому, что должно произойти в результате произведения шага «азмъ». Заметьте, что буква «а» не отражает, по большому счету, эмоционально-волевой импульс. Она, опять же подчеркну, разворачивающаяся программа из «онто», т. е. из представленного целостного понимания ситуации, задачи, цели и т. д. Категория «целостность в действии» в прикладном, обиходном понимании подразумевает как, каким образом и в каком стиле человек вовлекается в действие по достижению той или иной цели (т. е. в действие по целевому признаку). Иными словами, буква «а» — проекция разворачивания целевой программной деятельности. Если хотите «покруче» — буква «а» передает нюансы целевой либо результативной холодинамики личности. Ну а поскольку любое действие вовне можно рассматривать как ту же коммуникацию, то отчасти буква «а» передает также особенности экстра- и интровертности коммуникативного процесса. Сказанного, думаю, достаточно, чтобы обратить весьма пристальное внимание на то, как пишущий прорисовывает свою букву «а».

Итак, вначале стоит обратить внимание на степень разрыва «кругляша» буквы «а» (рис. 8.1). Овал (или «кругляш») буквы цельный, без разрыва, отросток примыкает к овалу по внешнему периметру, без проникновения внутрь.

Рис. 8.1

Графологическая интерпретация:

Индивид явно «передерживает» в себе внутри потенциал действия. Он накапливает, сохраняет, но не действует, а словно находится в состоянии ожидания. Более того, все возможные поступки наперед тщательно сверяются с «программой личности»: «Точно ли я могу себе позволить это…» Осторожность, недоверие, боязнь раскрыть и отдать себя. Возможен даже намек на некую душевную скуповатость, по типу: «Как бы невзначай не растерять себя!» Подмена буквы «а» неким подобием буквы «о» — нонсенс: там, где нужно действовать, человек предпочитает… защищаться и требовать саморевизии. Психастенизм в сочетании со скуповатостью и чрезмерной щепетильностью? Вполне возможно. Добавьте сюда еще и наработанный «комплекс ожидания», когда переоценивается то, что имеешь, в сравнении с тем, что можно заполучить, выйдя «из скорлупы».

Следует различать два варианта «закрытой» «а»: с коротким (рис. 8.2) и с длинным (рис. 8.3) отростком.

Рис. 8.2 Рис. 8.3

«Закрытая» «а» с коротким отростком максимально усиливает предыдущую информацию. Владелец такой буквы предельно осторожен и весь «в себе». Видимо, только какой-нибудь катаклизм заставит его «развернуться» во всей его потенции.

Вариант «закрытой» «а» с выраженным соединительным отростком имеет несколько иную характеристику. Основной психодиагноз таков: человек максимально готов «присоединиться», но не хотел бы потерять себя. По типу: «Что мое, то мое, а вот для дела я всегда готов посодействовать». Не всегда плохая позиция, согласитесь. Особенно в наш век манипулятивных психотехнологий. Человек, который в состоянии осознать себя, свою сущность и при этом проанализировать действия, которые совершает, имеет шанс не разочароваться в достигнутом. И все было бы ничего, если бы не одно «но» — ведь не разбив яйца, яичницу не приготовишь. Совершенно «закрытая» буква «а» указывает на стремление индивида «не разворачиваться» и «не делиться» самим собою в тех жизненных акциях, которые он предпринимает. Чем-то похоже на кота, который остается сам по себе, даже гуляя рядом с другими котами. Самое интересное, что буква «а» с выраженным отростком предполагает возможность сцепки с последующими за ней буквами, т. е. такой индивид может оказаться весьма активным и последовательным в своих действиях, поступках и коммуникации.

Рис. 8.4

На рис. 8.4 — вариант сильно «разомкнутой» буквы «а». Иногда встречаются почерки, у которых буква «а» из-за своей разомкнутости делается больше похожей на некое подобие буквы «и». Совпадение, кстати, не случайное и объясняет появление такого вот артефакта в правописании. «Разомкнутая» или «раскрытая» буква «а» свидетельствует о максимальном вовлечении индивида в то, чем он занимается и предполагает заниматься. Здесь личностный потенциал фактически весь «перетекает» в действия и поступки. Отлично, но задействован даже неприкосновенный личностный резерв, то, что обычно в психологии называют «ядром личности». Образно говоря, человек весь в расходе и поддерживает он свой собственный гомеостаз исключительно за счет прихода новых порций энергии. Такому человеку очень сложно отделить самого себя от своих действий и намерений. Еще один аспект: такой человек живет в будущем своих предприятий и кампаний, он частично уже «там», а потому ждать от него объективности в происходящем «здесь» не приходится. Зато коммуникативность предельно раскрыта и непосредственна в своей увлеченности. Остаться безучастным зрителем происходящих вокруг него событий владелец такой буквы «а» вряд ли сможет, а вернее — не сможет никогда.

Впрочем, следует различать два варианта раскрытости этой буквы: так называемое верхнее раскрытие (рис. 8.5) и нижнее раскрытие (рис. 8.6).

Рис. 8.5 Рис. 8.6

В первом случае индивид пытается достигнуть неких свершений и могущества: буква как бы выталкивает свой потенциал кверху (рис. 8.5). Во втором — человек хотя и активно коммуникатирует и вовлекается в действительность, но преследует фактически цель обрести благополучие, надежность и защиту: верх буквы — классическая «крыша» (рис. 8.6).

Иногда встречается вариант «греческого» написания буквы «а», как на рис. 8.7.

Рис. 8.7

Люди, которым нравится так изображать букву «а» — большие приверженцы своего «я» (проще говоря, всегда в своих чувствах, образах, желаниях), но при этом весьма активно требуют внимания к своей особе и не прочь активно сего потребовать от окружения. Еще — выраженная претенциозность, хотя как раз большинству планов сбыться не суждено — рука пишущего выдает скорый пессимизм при начинаниях. От неудач человек убегает в свой мирок, который целостно и бережно сохраняется.

Еще один из вариантов, встречающийся гораздо чаще, — «пикообразная», треугольновидная «а». Она может быть как «раскрытая», так и «закрытая» (рис. 8.8).

Рис. 8.8

Обычно так пишут люди весьма честолюбивые и прагматичные. Свой личностный потенциал они предпочитают использовать лишь для значимых целей, но действуют при этом абсолютно конкретно, по принципу: «Лучше синица в руках, нежели журавль в небе». «Разомкнутая» «а» (рис. 8.9) гораздо более рискованная, нежели остроконечная, но с «выходом» внизу (рис. 8.10).

Рис. 8.9 Рис. 8.10

В последнем варианте — осторожность и прагматизм при активном честолюбии удваиваются.

Стоит отдельно обратить внимание на букву «а» с резким вертикальным отростком (рис. 8.11).

Рис. 8.11

Стиль ее написания очень характерен для людей с выраженной категоричностью, но при всем этом обуреваемых комплексом неудачника в своих планах и устремлениях. Категоричная агрессивность — всегда плохой проводник для налаживания коммуникативных отношений, а здесь как раз она выражена очень ярко. Сказать «а», но вместо того, чтобы затем сказать «б», — стать в некую агрессивно зафиксированную позу и ожидать, что именно таким образом добьешься своего… Что же, всяк кузнец своего счастья. Например, можно излишне подстраховаться и с удвоенным рвением пытаться что-то предпринять. Повышенный расход и чрезмерная зависимость текущего состояния от успеха последующих шагов выдается, к примеру, в таком варианте изображения буквы «а», который представлен на рис. 8.12.

Рис. 8.12

Человек непроизвольно усиливает, удваивает боковую сторону буквы «а» с отростком. Таким образом он хочет, чтобы было «понадежнее».

Если же правая сторона буквы «а» фактически отделена и усилена как почти самостоятельный элемент (рис. 8.13), то мы вправе говорить, что имеем дело с личностью, для которой достигнуть чего-то важнее, чем она сама по себе.

Рис. 8.13

В данном случае просматривается явное и чрезмерное усиление тезиса: «Я то, чего достиг», впрочем, как и убеждение, что каждый проделанный шаг усиливает собственное самоуважение и индивидуальное могущество. Фактически мы наблюдаем сцепку «я и…»

В заключение хотелось бы отметить, что буква «а» очень вариационна: все люди пишут ее по-разному, поскольку правил того, как разворачивается потенциал личности к действию и коммуникации, весьма и весьма разнообразен. Некоторые принципиальные для психодиагностики моменты мы и попытались осветить.

Глава 9. ОТЗВУКИ ПЕТРОГЛИФОВ (О некоторых особенностях графоанализа букв «м», «л», «п», «к» и др.)

Камни знают гораздо больше, чем рассказывают.

К.Прутков. Диалоги

Буква «м» в графологическом психоанализе всегда заслуживает отдельного внимания. Хотя бы в аспекте этимологии как звука, так и самой буквы. Существует «Э»-руна, очень похожая на букву «М» (рис. 9.1). Ее функция: помочь человеку навести «мосты» к другим видам бытия. В практическом плане, например, в общении с коллегами или противоположным полом. Сам звук «м-мы»-чащий, зовущий, призывающий, а затем и принимающий — чисто материнский, он предлагает нам хотя бы временно возвратиться в среду, из которой мы вышли, т. е. опять же переход, но только в обратную сторону, из настоящего в прошлое, первичную среду. В руническом варианте трудно увидеть стилизованное изображение женского начала.

Рис. 9.1

Но вот, например, в таком виде, как на рис. 9.2, может вполне просматриваться намек на материнскую утробу. Только, заметьте, как промежуточное «хранилище» между прошлой жизнью и жизнью будущей, уже вновь рожденной. Таким образом, в наличии опять-таки реинкарнационный «мост», с помощью которого бессмертная душа вновь обретает плоть. Кто-то может в букве «м» увидеть туго натянутую тетиву своеобразного лука, но, по-видимому, сей пример — из области субъективных проекций (рис. 9.3).

Рис. 9.2 Рис. 9.3

Давайте все же попытаемся рассматривать в графологическом плане букву «м» как проекцию способностей человека налаживать «мосты» и впоследствии их использовать. «Мост» здесь трактуется в самом широком смысле слова: от умения красиво «подмазать» до «впускания в себя» мотиваций других людей. Впрочем, это не предел: можно ведь построить «мост» к такому берегу, по которому мало кто из живущих сможет пройти… Вот некоторые практические моменты графоанализа буквы «м».

На рис. 9.4 — срединный прогиб у буквы «м» (как у строчной, так и у прописной) практически отсутствует. Следовательно, пишущий абсолютно не способен наводить «мосты», поскольку… не видит в них никакой надобности в силу крайне однообразного и упрощенного подхода к любым проблемам взаимопонимания. Позиция весьма удобная: проблемы не существует, поскольку она не осознается и игнорируется. С какого-то момента развивается «страусиный синдром». Момент, впрочем, прогнозируем — затягивание кризиса вследствие непонимания всей глубины совершаемых поступков. Так, к примеру, часто бывает в семейных отношениях, когда один из супругов изменяет, но никак не желает признавать серьезность своего поступка. Отсутствие глубокого прогиба у буквы «м» свидетельствует об упрощенном, наивном отношении к тем моментам, когда приходится определиться, на каком ты еще берегу.

Рис. 9.4

Совершенно иную характеристику мы дадим человеку, буква «м» которого имеет глубокий и ярко выраженный срединный прогиб (рис. 9.5).

Рис. 9.5

Для таких людей момент некоего «перехода» (например, смена места работы или жительства или вовлечение в какую-нибудь религию) всегда очень значим, они волнуются и глубоко переживают по этому поводу. Как минимум, один совет: срывать с насиженного места по пустякам их не стоит. Поскольку те «мосты», по которым они путешествуют в жизни, проложены по их личным рубиконам, глубоким или мелким — не важно, т. е. если они перешли в другое состояние, то, по-видимому, ему отдаются целиком. Стоит также добавить, что драматизм или «драйв» процесса «перехода» ими осознается целиком и переживается со всей глубиной, возможно, даже более. Для этого нужно внимательно присмотреться к конфигурации срединного прогиба. Согласитесь, есть определенное отличие в остроте прогиба буквы «м» на рис. 9.6а и рис. 9.6б:

Рис. 9.6а Рис. 9.6б

Вариант на рис. 9.6а куда более «драматичный», нежели — на рис. 9.6б. В последнем случае человек хотя и глубоко, но все же органично переживает и осознает вынужденные трансформации своего бытия. Он как бы отдается воле рока и не вспенивает волны судьбы, которые его куда-то несут. Абсолютно по-другому ведут себя индивиды, у которых середина буквы «м» подобна глубоко вонзающемуся в низ строки треугольному острию (рис. 9.6б). Для них перейти некий «мост» — значит, действительно отважиться на форсирование Рубикона. И сам процесс перехода будет напоминать действия армии на марше: все предусмотреть, ничего не оставить на произвол, выждать и, когда наступит решающий момент, не остановиться перед возникшим препятствием. Единственно не будем забывать, что буква «м» — это отнюдь не «р» и не «д», а поэтому приписывать ей аспекты целедостижения и «ударного» потенциала нельзя.

Проекция психических процессов через букву «м» — все же только некий переход из одного состояния в другое. К примеру, психологическая готовность зайти в море, чтобы слиться с водной стихией, ощутить себя частью совершенно иной среды, так сказать, нашей древней прародительницы. Можно считать, что человек после какого-то события изменяется и в нем четко прослеживаются два фиксированных момента: «Я-до» и «Я-после». Или иначе: анализируя почерк человека в процессе какого-то события или накануне оного, мы можем с достаточной определенностью сказать, где он в действительности предпочитает оказаться — «здесь, на этом берегу» или «там, на противоположном». В плане добычи подобной информации буква «м» поистине уникальна. А делается это следующим образом: необходимо сравнить высоту и конфигурацию левой и правой частей (выступов) буквы (рис. 9.7).

Рис. 9.7

Очень часто человек пишет букву «м» с явно выраженным предпочтением какой-то стороны. Сравните рис. 9.8а и рис. 9.8б.

Рис. 9.8а Рис. 9.8б

Первый вариант (рис. 9.8а) гласит: «Я хотел бы остаться «здесь», в нажитом стационарном состоянии и после изменений («перехода») опасаюсь снижения своего статуса, возможностей и пр. Впереди, в будущем, я вижу меньше дивидендов, нежели сейчас».

Вариант, представленный на рис. 9.8б, прямо противоположный: «Будущее выглядит гораздо заманчивее, нежели настоящее, и есть определенная установка ожидать от предполагаемых изменений большего позитива». Видимо, в данном случае мы сталкиваемся с некими наработанными видами стереотипов на трансформирующиеся события: позитивный (рис. 9.8б) и негативный (рис. 9.8а). Но уточню: речь идет не об оптимизме или пессимизме, а именно о реакции индивида на процессы, которые являются неким «переходом» от чего-то имеющегося к некоему новому.

Имеет смысл также повнимательнее присмотреться к остроте «вершин» буквы «м»: она варьирует в широком диапазоне от «ножевидных» скальных выступов до пологих холмиков (рис. 9.9а,б).

Рис. 9.9а Рис. 9.9б

Остроконечный стиль (рис. 9.9а) выдает человека жесткого, прагматичного, с ярко выраженными честолюбивыми замыслами «достигать и покорять», не терпящего ожиданий и легко вовлекающегося в соперничество, лишенного всяческих сантиментов и никогда не останавливающегося на полпути к почестям и богатству (как вы понимаете, отнюдь не к духовному). Короче, отправляясь в путь, такой индивид предельно четко представляет, чего он хочет добиться.

Личности, которые пишут букву «м» покато, без выраженных пиков (рис. 9.9б), — натуры мягкие и адаптирующиеся к среде. Их никак нельзя назвать резкими и нетерпеливыми. Наоборот, это те, которые могут смириться, притерпеться, подождать… Они весьма легко адаптируются даже к самой атмосфере перемен и некой «временности», поскольку вместо резких «рывков» и нетерпимости предпочитают пользоваться житейским правилом, что все как-то обустроится и время неизбежно лечит.

И последнее относительно этой буквы. Присмотритесь к стилю соединения буквы «м» с буквами до и после. Удлиненные соединения (особенно с неким подобием завитка) всегда указывают на «подгруз» либо прошлого (рис. 9.10а) — нажитое и пережитое, либо будущего — надежды, установки, чаяния (рис. 9.10б).

Рис. 9.10а Рис. 9.10б Читати далі
Додати відгук